Истоки

Деймон всегда был защитником и для Кэтрин являлся лишь старшим братом. А она нуждалась в этом.

Я тихо насвистывал мелодию, пока следовал за ними. У нас был небольшой лабиринт прямо перед садом, но тот, что находился в дальнем углу наших владений был роскошным, построенным на болоте моим отцом, который был полон решимости впечатлить нашу маму. Она любила заниматься садоводством и оплакивала цветы, которые цвели в её родной Франции, но просто не могли подняться в болотистой почве Вирджинии. В этой стороне всегда пахло розами и клематисами, и именно сюда удалялись парочки, которые хотели побыть одни на вечеринке в Веритас-Эстейт. Слуги имели множество суеверий, связанных с лабиринтом: ребёнок, зачатый в лабиринте будет благословляем всю жизнь, если ты поцелуешь свою настоящую любовь в центре лабиринта, то останешься с ней на всю жизнь, но если ты скажешь ложь, находясь в стенах этого лабиринта, ты будешь проклят навеки. Сегодня это казалось почти волшебным: ветвистые деревья и вьющиеся растения отбрасывали глубокие тени, так что казалось, будто мы трое находились в своём заколдованном мире — вдалеке от смерти и войны.

— Он даже более прекрасный, чем я считала! — начала Кэтрин. — Он как книга сказок. Как Сады Люксембурга или как Дворцы Версаля! — она сорвала цветок белокрыльника и глубоко вдохнула.

Я в нерешительности посмотрел на неё.

— Ты была в Европе когда-то? — спросил я, чувствуя себя таким же провинциалом, как любая деревенщина, жившая в лачугах на другой стороне Мистик Фоллс, как те, кто произносит ""крик"", не растягивая гласную и в моём возрасте уже имеет четверых или пятерых детей.

— Я везде была, — просто ответила Кэтрин. Она заправила лилию за ухо. — Итак, скажите мне, мальчики, чем вы развлекаете себя, когда у вас нет таинственной незнакомки, которую можно впечатлить экскурсией по вашим землям?

— Мы наслаждаемся милыми молодёжными вещами с настоящим Южным гостеприимством, — ухмыльнулся Деймон, включая свой утрированный акцент, который всегда вызывал у меня смех.

Кэтрин наградила его смешком, и я улыбнулся. Теперь я видел, что кокетливая дружба Деймона и Кэтрин была такой же невинной, как отношения между кузинами, и я мог наслаждаться их взаимными подшучиваниями.

— Деймон прав. Наш Бал Основателей как раз через несколько недель, — сказал я, и всё внутри поднялось от осознания того, что я свободен пойти на бал с кем пожелаю. Я не мог дождаться, чтобы закружить Кэтрин в танце.

— И ты будешь самой прелестной девушкой. Даже девушки из Ричмонда и Шарлотсвилля будут завидовать! — объявил Деймон.

— Правда? Что ж, я думаю так и должно быть. Это мой недостаток? — спросила Кэтрин, переводя взгляд с Деймона на меня.

— Нет, — сказал я.

— Да, — сказал Деймон в тоже самое время.