Источник восхитительной неги

А ты лишь поступал так, как хотел сам, так что не пытайся приплетать сюда ребенка. И сейчас ты здесь только потому, что тебе так нужно, а что чувствую я – тебе наплевать. Если бы это было не так, давно бы ушел и оставил меня в покое.

Марни тяжело дышала, и сердце ее колотилось как бешеное. Судя по лицу Леандро, он был шокирован, и от этого хотелось плакать. Она-то думала, что, высказав все, что думает о нем, почувствует себя легче, но сейчас, глядя на его бледное лицо и безжизненные глаза, Марни жалела его и ругала себя за это. Вспомнив фотографию мальчика, в глазах которого плескались отчаяние и одиночество, девушка судорожно вздохнула. А представив, как, должно быть, ему было тяжело прощаться с Генри, прожив с ним шесть лет, Марни едва не разрыдалась.

– Прости меня, – сказал, помолчав, Леандро глухо. – Не могу и передать, как мне жаль… – Он на миг закрыл глаза. – Прости меня за все. Мне жаль, что я сделал тебе больно, и я понимаю, что ты не хочешь меня видеть. Я бы выполнил твою просьбу и ушел, но не могу оставить тебя здесь одну. Полагаю, ты откажешься ехать со мной в Лондон?

Марни кивнула, и Леандро продолжил:

– Поэтому пойду возьму вещи из машины и приготовлю нам обоим ужин, если ты не захочешь со мной разговаривать, я пойму. Но, поверь мне, дорогая, даже ты не презираешь меня так, как ненавижу себя я сам.

Глава 11

Удивительно, но этой ночью Марни спала намного лучше. Возможно, виной тому был обильный ужин – нельзя не признать, что Леандро был на высоте, продемонстрировав блестящие кулинарные способности. Но в глубине души Марни знала, что настоящая причина ее хорошего сна была в том, что Леандро был с ней и ночевал в спальне наверху."

"Ей было тяжело подниматься по узкой лестнице, и она не знала, что он лежит в кровати, пытаясь унять головную боль, что разыгралась после удара о низкую балку. Но душевную боль унять было труднее. Снова и снова прокручивая в памяти слова Марни, Леандро удивлялся иронии судьбы – в бизнесе он не знал поражений. Однако сейчас, не сумев убедить Марни дать ему второй шанс, он чувствовал себя разбитым.

Два дня спустя они с наслаждением ели тайское блюдо с приправой карри, что Леандро приготовил на ужин.

– Не знала, что ты умеешь готовить, – сказала Марни.

– В Лондоне я этого не делаю, потому что есть домработница, а на вилле у меня прекрасный повар. Но я научился готовить в детстве, с поваром, которого нанимал отец в Нью-Йорке. Это вообще-то полезное умение – особенно когда ближайший ресторан, где можно заказать еду, на большом расстоянии от дома, – с иронией закончил Леандро, намекая на уединенность коттеджа.

Сделав маленький глоток вина и медленно выдохнув, он увидел улыбку на лице Марни.