Источник силы

В завершение наклоны и приседания, с ними оказалось сложнее, из-за верёвки на шее, но Томас привставал и тем самым помогал мне.

Когда закончила и с удовольствием потянулась всем телом, обвела взглядом вокруг. Со всех сторон за мной наблюдали люди. В их взглядах читалось любопытство."

"– Анна! А что это ты сейчас делала? Всевышний не одобряет подобных движений. – Я повернула голову на голос и уставилась на мужчину, замыкающего нашу связку. Он был одет в коричневую сутану, правда пыльную и местами порванную.

– Вы кто?

– Отец Серхио, дочь моя. – Пронзительный взгляд темных глаз, густые слегка вьющиеся волосы с редкой сединой, тонкий нос, красиво очерченные губы, которые не испортила недельная щетина. На вид ему было около тридцати, и даже сейчас он был чертовски привлекателен. И сколько же людей ты отправил на виселицу или костер?

– А плен, рабство, и вот это, – я потрясла верёвкой, что связывала нас, – Всевышний одобряет?

– Всевышний послал нам испытания, дочь моя. Надо молиться о спасении души, сейчас самое время. А вот движения греховного тела этому только мешают. – И он одарил меня мягким но укоризненным взглядом.

Вот чего я не спросила у Томаса, так это про власть церкви. Но судя по поведению Серхио, храмовники очень могущественны в этом мире. Пожалуй не стоит связываться с этой слепой силой. Неизвестно как жизнь повернется, и хорошо бы не иметь церковь во врагах.

– Отец Серхио! Я считаю что тело - это сосуд Всевышнего, поэтому о нем необходимо заботиться. В здоровом теле - здоровая душа.

– С такой точки зрения, твои движения допустимы. Но не стоит смущать окружающих людей. Они могут неправильно их понять. – Вот ведь болван. Как я могу уединиться, если мы связаны одной верёвкой?

Продолжать спор я не стала, пусть думает что хочет. К тому же Томас незаметно погладил мою ладонь, видимо призывая отступиться. А он больше меня знает и ему виднее.

Мне вот только сильно не понравились презрительные взгляды, которые бросала на меня пышнотелая дама в нашей связке. А на Серхио она смотрела как преданная собака, и кивала на каждое его слово. Тоже мне, фанатичка.

Я глубоко вздохнула и уставилась в небо. Сквозь кроны деревьев проступало безбрежная яркая синева. Где-то высоко переговаривались птицы, перелетая с ветки на ветку. Воздух наполнялся ароматами костра и еды, что готовили орденцы. Желудок жалобно урчал, требуя пищи, но сильнее требовал своего мочевой пузырь. Едва вспомнив позор, которому каждый из нас подвергался вчера, невольно поежилась.

Чтобы немного отвлечься перевела взгляд на руки, потом на Томаса и тут обратила внимание на веревку, обмотанную вокруг его шеи. Это был прочный канат, скрученный из двух нитей. Толщиной с мой палец.