Источник счастья

Гамбург, 2006— Погода отвратительная, вы устали, я, честно говоря, тоже. Вряд ли стоит сегодня смотреть город. Если захотите, сможете сюда приехать на ближайшие выходные. Кстати, как вы любите отдыхать?

— Дома на диване, с книжкой.

Они ехали из аэропорта мимо красивых, ярко освещённых вилл. Вдоль трассы была дорожка для велосипедистов. Соне показалось, что велосипедов здесь больше, чем машин.

— Почему же так получилось, что вы никогда не бывали за границей?

— Не знаю. Мама звала меня к себе в Сидней, но это страшно дорого. Самые дешёвые билеты больше тысячи. Папа как-то хотел взять с собой в Париж на симпозиум, но у меня была срочная работа, к тому же это тоже дорого.

— В Париж можно будет слетать на пару дней, если захотите. А сюда, в Германию, он вас с собой не звал?

— Нет, конечно. Он ездил в гости к своему бывшему аспиранту, это было бы совсем неудобно.

Соня смотрела в окно. Район вилл давно кончился. Мимо плыли мокрые, подсвеченные прожекторами деревья какого-то бульвара, за поворотом показались башенные краны порта.

Повернувшись к Зубову, она вдруг спросила:

— Скажите, Иван Анатольевич, если вы так подробно изучали меня почти год, вы, может быть, знаете, с кем встречался мой отец в ресторане «Тампль» у Тверского бульвара вечером двадцать седьмого ноября?

Свет фар встречного автомобиля осветил лицо Зубова. Он смотрел прямо на Соню. Его глаза, волосы, губы на фоне смуглой кожи показались белыми, как будто это был негатив на фотоплёнке.

— Софья Дмитриевна, — он тяжело, хрипло откашлялся, — кажется, вы не совсем верно меня поняли. Ни за вами, ни тем более за вашим папой никто не следил. В Австралию для наблюдения за вашей мамой мы своих агентов также не отправляли.

— Простите. Я понимаю. Но я думала, вдруг, случайно, вы знаете? Дело в том, что ночью, после этого ужина, папа умер.

— Вот как? А он сам разве не рассказал вам, кто и зачем пригласил его в ресторан?

— Нет. Он обещал, что все расскажет утром. И был очень расстроен, напряжён.

— Ну, возможно, просто плохо себя чувствовал, устал, сердце болело.

— У него было здоровое сердце, — тихо пробормотала Соня и отвернулась, — он очень следил за своим здоровьем. Делал зарядку, принимал витамины и почти никогда не болел. И вот однажды поужинал с кем-то в ресторане, а после этого сразу умер. Разве не странно?

— Софья Дмитриевна, я не понял, вы подозреваете, что смерть вашего папы не была естественной? Но какие у вас основания? Ваш папа был связан с криминальным миром? Занимался теневым бизнесом? Вёл рискованные журналистские расследования? Работал в разведке? Ему, если не ошибаюсь, было около семидесяти?

Соня сама не знала, зачем завела этот странный разговор. Возможно, так подействовал на неё вид вечернего города за окном.