Истинный выбор

Факт заключения брака подтверждён вот этой бумагой, взгляни, — с этими словами Лэйтон достал из внутреннего кармана свёрнутый в несколько раз лист пергамента и помахал им.

— Но Стихии…

Мужчина закатил глаза:

— И с этим мы разберёмся, обещаю тебе. Повторим церемонию через восемь месяцев, — выразительный взгляд на мой живот, — и, я уверен, всё пройдёт так, как надо.

— В таком случае, всё остальное ты также получишь через восемь месяцев, — сдула прядку волос, упавшую на глаза и продолжила, внимательно глядя на мужчину исподлобья. — После успешной брачной церемонии. Мужчину и женщину в Альдебран соединяют Стихии, а не спектакль с музыкой, гостями и куском пергамента. Нас с тобой Стихии не соединили. Значит, мы не муж и жена. И значит, мы не должны спать в одной постели!

После услышанного лицо Лэйтона пошло красными пятнами. Мужчина скомкал пергамент, отшвырнул его на стол и начал медленно ко мне приближаться.

— Серьёзно? Ты так считаешь? — его глаза сверкали каким-то нечеловеческим блеском, ноздри разувались от ярости. Я никогда ещё не видела его в таком состоянии. Оглянулась по сторонам в поисках пути отступления, и продолжила держаться за последнее защитное препятствие. — С каких это пор ты стала настолько щепетильной в вопросах церемоний? Помнится, в Файерстоуне тебе это не мешало?

Спокойно, Ангелина, он говорит это специально, чтобы ты разозлилась и потеряла бдительность. Я продолжала внимательно следить за его движениями, готовая в любой момент бежать в сторону. Лэйтон Стилл пугал меня, как никогда раньше. Сама не узнала свой голос:

— Не мешало, потому что, в отличие от тебя, Рэйнера я любила!

— А сейчас ты будешь любить меня!"

"С этими словами мужчина за пару шагов преодолел расстояние и отшвырнул кресло в сторону. Оно ударилось о стену и с грохотом упало на пол. Я завизжала от страха, но метнуться в сторону не успела. Чужие губы грубо смяли мои, а стальной капкан рук не давал сделать вздох. На мгновение я обмякла и перестала сопротивляться, но лишь затем, чтобы в первый же удобный момент со всей силы вцепиться зубами в губу Лэйтона. От неожиданности тот отшатнулся, шипя ругательства. Я метнулась к вазе с фруктами и схватила маленький нож, выставив его перед собой.

Я тяжело дышала, порванное платье сползало и мешало сосредоточиться, но я не сводила с Лэйтона взгляда, полного ненависти и презрения. По подбородку мужчины стекала струйка крови. Он яростно содрал с кровати белоснежное покрывало и приложил его к губе.

Мы стояли друг против друга, и сложно сказать, кто в этот момент ненавидел другого больше. Я — за попытку принуждения к близости. Он — за несбывшиеся ожидания.