Истинные поневоле, или Тайны Мерцающего мира (СИ)

Дурнота подступала к горлу.

Лина встала передо мной и протянула нож.

– Держи, – всё ещё обиженно поджала губы она.

Я покачала головой:

– Ты должна воткнуть мне его в сердце.

– Сбрендила окончательно? – топнула ногой Мэдэлина. – Ты что такое творишь?

– Предки показали мне… – начала я.

– Показали? – взвизгнула вампирша, прерывая меня. – Ты хоть понимаешь, как это звучит? Мора, у тебя едет крыша! Остановись!

– Ты же хочешь, чтобы всё закончилась? Чего стоит одна жизнь, когда спасутся сотни тысяч? Время на исходе.

– Ты говоришь о своей жизни!

Я помедлила одно мгновение, думая о Лиоре, отце, Мике… Больше всего мне хотелось, чтобы у них было всё хорошо. Даже к Дариусу я не испытывала больше ненависти. Всё прошло.

– Воткни его мне в сердце, Лина, – приказала я.

Она всхлипнула, но вскинула руку.

Я почти не почувствовала боли. Только укол в груди и слабость, накатившую внезапно.

Опустила голову и увидела торчащую из груди рукоять. Мелькнула вялая мысль, что должно быть омовение кинжала как-то зачаровывает его, чтобы жертва не умирала сразу?

На периферии сознания я слышала, как рыдает Мэдэлина, бьётся в истерике, но я почти не воспринимала происходящее вокруг. Лишь развернулась, резким движением вытащила кинжал. Кровь потекла по выбоине, следуя проложенной дорожке.

Теперь круг был сомкнут.

– Сердечная кровь, отданная чужому мне существу добровольно, – прошептала я едва слышно.

По руке, которой я опиралась на стол, как будто водой стекали вниз мерцающие звезды. Они текли по столу на пол. Я смотрела на них, как заворожённая.

Сзади меня обхватили руки Лины.

– Мора, что ты сделала? – рыдала она, прижимая к себе.

Раз она смогла прикоснуться ко мне – значит, Химера покинула моё тело. Это была последняя моя мысль.

В следующее мгновение Морэлла Торнтон умерла.

Я смотрела будто бы со стороны, сквозь плотную пелену. Как Лина аккуратно положила меня на пол, как мерцающие звёзды поползли вверх, заполоняя всё вокруг, будто бы впитываясь в каждую частицу окружающего пространства. Я видела, как она привела Лиордана с Эльнариилом. Как человек, которого я любила, бросился ко мне, упал на колени, сжимая моё ледяное тело. Мне было всё равно. Ровно до того момента, пока в душе не проклюнулся росток сомнения. Он вырос из чего-то тёплого, мягкого, родного.

Позже я тысячи раз вспоминала это мгновение, прокручивала в голове, пытаясь понять – почему? Почему я просто не ушла в священные земли? Был ли это дар предков, переданный через лер-валии, взращенный Химерой внутри меня, как часто потом повторял Эль? Или что-то другое?

Но что было абсолютно очевидно – именно тогда, в момент, когда я отдала свою жизнь за Иллирион, принесла последнюю жертву, замыкая круг, Морэлла – маленький слабый человек из чужого мира – умерла.