По праву вражды и истинности

Шейла махнула рукой и рядом с ней тут же возник высокий альфа, который протянул ей огромный букет пионов. Они выглядели шикарно, но были перемотаны траурными черными лентами.

Еще один важный нюанс — у меня аллергия на эти цветы.

Настолько сильная, что однажды я из-за них чуть не умерла и, судя по тому, как Шейла пыталась преподнести этот букет Лоренсу, она об этом прекрасно знала. Вот же сука.

Взгляд брата скользнул по цветам и уже теперь мне стало казаться, что его энергетика разрушалась.

— Я прошу примите эти цветы от меня, — попросила Шейла, протягивая их Лоренсу. – Недавно ведь было десять лет, как не стало вашей младшей сестры. И, несмотря на все разногласия, я могу понять вашу боль. У меня ведь некогда умер старший брат.

Вновь щелкнули фотоаппараты. Пресса была в восторге от Шейлы. Такой до тошноты доброй.

— Конечно, вы мне ни разу не высказывали соболезнования, но я в данном случае хочу быть выше конфликтов, — Шейла вновь протянула букет. – Мистер Олсен, почему вы не принимаете цветы? Я старалась. Лично их выбирала.

Все настолько внимательно следили за разговором Шейлы и Лоренса, что, казалось, в зале воцарилась удушающая тишина.

— Я не приму траурные цветы. Моя сестра жива, — коротко, сухо ответил брат, а у Шейлы уголки губ дрогнули.

Клянусь, буквально на долю секунды мне показалось, что она хочет улыбнуться. Даже засмеяться.

— Вы все еще не смирились с утратой? – с горечью спросила Шейла. – Мистер Олсен, ваша сестра для вас была очень дорога и понятное дело, что вам трудно принять ее смерть. Но уже ведь десять лет прошло. Вы взрослый альфа. Следует смотреть правде глаза и осознавать неизбежное. Иначе, как вы можете отвечать за настолько огромную территорию?

По помещению пронесся шепот. Вроде, как Шейла не говорила ничего оскорбительного, но, тем не менее, она именно это и делала. Она при всех назвала главу территории Олсенов инфантильным.

Только местные знают насколько это оскорбительные слова. Можно сказать, что Шейла только что плюнула в лицо Лоренсу. И те, кто был с территории Хариса, тут же заулыбались. Даже оскалились.

— Миссис Харис, — произнес Лоренс ледяным, уничтожающим тоном, положив ладони в карманы брюк. Все еще смотря на Шейлу, как на пустое место. – Я сказал вам, что моя сестра жива. Не делайте лишних выводов. У вас не получается.

Шейла нахмурилась и ее лицо действительно выдавало то, что в совокупности могло бы показаться состраданием, но, смотря в ее глаза и, уже зная характер, я видела явную насмешку.

— Верить в лучшее, это хорошо, но вам не кажется, что это уже помешательство? Или у вас есть доказательства того, что Дженис Олсен выжила? Может, вы нашли какую-нибудь зацепку?

Лоренс опять остановился и ответил:

— Я нашел свою сестру.