Факультет бытовой магии, или Проклятие истинной любви

– Не-а, – отмахнулся наг, – не поймет, кто подослал.

– А она не скажет?

– Не вспомнит ничего. – Он хищно оскалился.

– Опасный ты тип, Яни. – Улыбнувшись, раскрыла следующую книгу.

– Покажи. – Повернула талмуд, демонстрируя обложку. – То что нужно. «Ведьмовство. От теории к практике. 1390 год». Хватай книги, и пошли. Наверное, уже и остальное собрали.

– Но, Яни, она такая старая! – У меня руки задрожали, когда поняла, что держу.

– Ну и что? Не переживай, каждая книга защищена магией. Ты хоть топи ее, хоть жги. Ничего ей не сделается.

Стало как-то легче. Спустившись с лестницы, сунула обе книги нагу.

– Все, Алька, – он приобнял меня за плечи, – будем из тебя ведьму ваять.

– А это обязательно? – Что-то не чувствовала его уверенности в моих силах и возможностях.

– Конечно. Через месяц с закрытыми глазами элементалей будешь призывать.

– И матрасы сушить? – Я улыбнулась.

– Ну, тут побольше времени надо. – Взор Яни снова стал змеиным. – Не бойся, не высушишь, так подпалишь!

– Действительно! – рассмеялась.

На нашем столике уже стояли две стопочки книг, рядом обнаружился довольный собой домовой. Он поднял верхний учебник.

– Для девицы нашей самые лучшие издания.

– «История Шаливара. Войны временного приграничья», – прочла. Домовой поднял следующий талмуд. – «Культура, традиции и быт магических рас».

– Лучший выбор, милейший. – Яни, не церемонясь, подхватил книги.

– Это только на первое время, – мужичок потер ладони. – Я еще подготовлю.

– Буду вам благодарна, – покосилась на толстенные учебники. – Вы меня очень выручили.

– Обращайтесь. Служить Милениным – это честь!

Последняя фраза меня покорежила.

– Лучше не служить, а дружить.

– Радуете старика, юная госпожа. – Домовой засверкал как начищенная монетка. – Идите, детки, учитесь.

Поклонившись, он поспешил к другому столику.

– Считай, в библиотеке у нас все схвачено, Алька. Сейчас оттащим книги в комнату – и в столовую, иначе опять толпиться придется. А я, если не поужинаю, таким противным становлюсь, аж жуть.

– Поверь, друг милый, я, когда голодная, – не лучше. Давай половину, помогу.

Учебники мигом взлетели выше моей головы.

– Еще не хватало, чтобы в моем присутствии женщина тяжести таскала.

– Галантный змей – это какой-то новый вид, – съязвила. – Может, ты королевская кобра?

– Нет, душечка, я черная мамба. Шевели ногами, язва!

Мы вышли из библиотеки и почти миновали центральный холл, как вдруг услышали просто неприличный хохот. У входа на северную башню толпился народ. Любопытство взяло верх. Протиснувшись туда, захихикали и мы с Яни.

И было с чего.

На последней ступеньке лестницы замер статуей учитель Валынский с ошарашенным, я бы даже сказала, прибитым взглядом.