Факультет бытовой магии, или Проклятие истинной любви

С этим и поспорить не могла – что есть, то есть!

Вернувшись из душевой, покосилась на заспанного нага. Явно возвратился среди ночи и выглядел сейчас так, словно его в телегу впрягали.

– Ты бы себя видел, Яни, – усмехнувшись, запустила в него полотенцем.

– Да, перебор. Хотел вспомнить молодость, но воспоминания, как говорится, захлестнули с головой.

– Какую молодость? – Прищурившись, хитро улыбнулась. – Яни, а Яни, а сколько тебе лет?

– Что за вопросы, ведьма? Кто такое у нагов спрашивает? Учи, бескультурщина! – В меня полетел учебник «Традиции народов Шаливара».

– Ой-ой-ой, можно подумать, – съехидничала.

– Чешуя не сыплется, и ладно, – проворчал он, поднимаясь с постели.

Его юбка с одной стороны была запачкана грязью, будто змея по земле катали.

– Надеюсь, ты по кустам не первокурсниц таскал?

– Вот змеиные яйца! Трава! – Закрутившись на месте, он со слезами на глазах рассматривал пятна. – Аля, чем это отстирать? Моя любимая юбка!

– Да ладно юбка, – я делано схватилась за сердце, – гольфики, Яни! Ты на них глянь.

Растрепанный хвост на голове нага мгновенно встал торчком.

– О нет! Какая жуть! Как я верну им белизну? Что меня вообще в комнаты лаборанток потащило? Прогуляться под луной им вздумалось, романтики мало в их жизни… Вот пусть теперь отстирывают!

– Ну, не первокурсницы пали в кусты – уже хлеб! – С этими словами я вытащила из шкафа голубое платье и снова отправилась в душевые переодеваться.

За моей спиной слышались причитания бедного нага. Казалось, он и правда рыдает над павшими в любовном поединке гольфиками.

Зато теперь я знала, что дарить ему на зимние праздники – десять пар белых носков!

И дешево, и счастливого визгу будет!

* * *Спускаясь по лестнице в лекционный зал номер три, мельком заметила своего чешуйчатого друга в холле в окружении толпы девиц. Неисправимый тип! Ночи мало было?!"

"Остановившись на последней ступеньке, уперла руки в бока. Яни меня заметил и, смекнув, что я ему снова головомойку устрою, схватил за талию какую-то блондинку и поволок ее в сторону столовой. Как я ни присматривалась, так и не сообразила, кто пал к его ногам: студентка старших курсов или молодой учитель.

Покачав головой, возвела очи к усеянному горящими свечами потолку. Вот чует мое сердце, все это нам аукнется и вылезет боком. Ну и ладно, его проблемы.

Войдя в аудиторию, нашла глазами группу девушек в коричневых жилетках и поднялась к ним. Мамия, которую назначили старостой, скривилась, но промолчала. Остальные девчонки бегали вокруг этой неприятной особы на цыпочках и ловили каждое ее слово. Не повезло мне с группой.

Послышался мягкий перезвон колоколов, и в лекционный зал вплыла Портовски.