Развод с драконом. (не)желанная истинная (СИ)

Стоило услышать её фамилию от директора школы, чьё имя я даже не пытался запомнить, как тут же связал воедино роль обнаглевшей горничной в побеге Элизабет.

Горький упрёк бывшей жены ещё звенел в ушах.

Чудовище!

Что ж, не отрицаю.

Так и есть.

Однако с каждым днём, проведённым в этом богами забытом краю, у меня накапливались вопросы. Главным из них было странное поведение второй, звериной ипостаси.

Правая ладонь сама поднялась на уровень груди, где изнутри всё ещё ощущалась боль от острых клыков и когтей.

Вывод напрашивался однозначный. Между поведением Элизабет и его яростью есть прямая связь.

Я замедлил шаг приостанавливаясь. Взгляд устремился вдаль, но на самом деле я погрузился глубоко в себя, перебирая воспоминания, как изображения в любимых каталогах моей матери.

Он швырнул меня как мешок с мясом и костями, когда я пытался на неё надавить.

Чуть не перекусил мне рёбра, когда я пригрозил забрать её силой.

И соединить все кусочки мозаики в одну картину, как в голове ярким пламенем вспыхнула догадка!

Я резко остановился посреди дороги, запрокинул лицо к небу и громко расхохотался, смахнув попутно невидимую слезинку с внешнего уголка глаза."

"Всё это время моя вторая ипостась…

— Вот оно что, — выдохнул вслух. — Оберегаешь её от меня же?

Ответом послужило согласное звериное рычание.

— А, то есть задача уже не просто вернуть Элизабет? — поинтересовался, не заботясь о том, что меня могли услышать случайные прохожие. Плевать, что думает кучка деревенщин. — Тебе нужна её взаимность?

В ответ пронзительная тишина. И это бесило сильнее любого рычания.

По венам пробежал жидкий огонь злости с кислой примесью досады, и я скрипнул зубами. Какая ирония. Сражаться с самим собой за право владеть собственной судьбой.

— Будь по-твоему, — прорычал, обращаясь к своей второй ипостаси, и старательно отогнал мысль, что идея снова завоевать и приручить Элизабет мне самому приходится по нраву. — Я не причиню ей вреда и не стану угрожать. Сделаю так, что она будет рядом по её собственному желанию. Доволен?

Предатель только этого и ждал. Саркастично фыркнул, показывая, мол, давно бы так. А ещё, чтобы я не расслаблялся, он подбросил перед внутренним взором чёткий до мельчайших деталей образ Дэйдры. Покорной, с опущенным взглядом, и я как наяву почувствовал приторное амбре ванили.

Желудок скрутило от отвращения, и я стиснул зубы, чтобы не вырвало.

— Бесишь, — проворчал ему в ответ, поморщившись и сдавив переносицу двумя пальцами.

Совсем о ней забыл.

Придётся что-то решать, но позже. Задача номер один — дать зверю, что он хочет, и при этом остаться в живых.

Вскоре перед глазами показался полуразрушенный дом, утопающий в бурных зарослях.