Истинная пара дракона (СИ)

Того, что еще прилагалось к неожиданной находке, потому что я не сомневалась, что оно было… Я даже не знала, что искала, просто перебирала вещи завтрашнего мужа дрожащими руками и запрещала себе начинать обдумывать… напридумать можно страшнее, чем есть на самом деле, а все могло быть очень невинно и просто, да?

В конце концов я нашла, что должна была. К сожалению, правда оказалась хуже любых возможных предположений.

Я сжимаю в руке кинжал, лезвие врезается в кожу, причиняя боль. Перед зажмуренными глазами встает картина из прошлого, и та боль — боль узнавания, оказывается в стократ сильнее.

«А потом Кирс бросился. Не бежать, как было бы разумно, а вперед, прямо на полувоплотившегося, в боевой форме, дракона… С кинжалом.»

Образ мелькнул в памяти четко как никогда. Я узнала кинжал. Что-то во мне всколыхнулось, и не сразу я поняла, что кончики пальцев горят знакомым алым пламенем, и я до крови кусаю губы. Оружие падает из разжатой ладони, и окровавленное мною лезвие звонко ударяется о пол.

В голове звон. Или это снаружи? Мир кружится, сжимается, слезы душат, я не могу ничего разглядеть перед собой.

Падая, последним я услышала грохот выбитой двери.

Часть двадцать первая

Последняя, открывающая правду и завершающая сказку Мариабеллы(2)

Темнота медленно редела. Все ярче становился свет, от которого меня уже начало тошнить.

— Ты идиот, Ринталион, — прозвучал откуда-то извне мужской тенор. Смутно припоминаемый…

Рычание в ответ, без сомнения, принадлежало моему вампиру."

"— Мы ведь можем просто ей все объяснить, — теперь это был чужой бас, явно мне незнакомый.

— Конечно, думаешь, и она-то поймет? — хохотнул кто-то.

Дальше все слилось в яростный шепот. Спор был непонятный и какой-то глупый, но больше было непонятно, почему свои затекшие запястья и обнаружила связанными у себя за спиной колющей веревкой и… Не простой.

Осознание, что свою магию я не чувствую из-за нее, настигло меня паническим приступом, и ужас был таким сильным, что я мигом распахнула слипшиеся глаза, застонав от яркого света вокруг.

Я находилась уже не в кабинете Ринталиона, что было ожидаемо. Неожиданностью стало отсутствие окон и неприятно-зеленое освещение. Атмосфера уже царила премерзкая.

Голоса незнакомцев сразу умолкли. Я различила тяжелые шаги, затем чьи-то ноги появились в поле зрения и кто-то резко вздернув меня за плечи в сидячее положение. Диван, на котором меня, черт возьми, связали, был кощунственно неудобным.

Презрительно-рассеянно щурясь, я посмотрела вверх, встречая мрачное лицо Ринталиона, и его отливающая зеленым при этих ужасных лампах бледность вызвала у меня тошноту снова.

— Белль, — пророкотал злой голос моего… возлюбленного ли?

Я молча уставилась на него в немом вопросе.