Истинная пара дракона (СИ)

Я узнал, что ее муж — один из НИХ, и я думал, что они так мстили… А когда вернулся домой и попытался что-то сделать… Больше сестра не навещала нас. Мы могли видеть ее только на редких светских вечерах, ведь ОНО было важной шишкой. Впрочем, они все, — он усмехнулся. — А ваш…

Ненависть. Лютая, леденящая ненависть горела неожиданным контрастом в голубых омутах его глаз. Я даже вздрогнула от того, с какой яростью от выплюнул намек на Шайкана. Вдруг стало не по себе, и расслабленности между нами уже и близко не было.

— Но я не забывал о вас, Бель, — он резко выдохнул, виновато смягчаясь. Я сделала нервный глоток, вспомнив о чае, и Ринталион, заметив это, пододвинул чашу со сладостями. И хорошо, что я отпила и отставила чашку до того, как услышала следующее заявление: — Ведь вы моя истинная.

* * *— Знаешь, я начинаю подозревать, что ты перестала понимать, как все устроено, — он рычал. Никак иначе этот низкий, рокочущий голос, пожалуй, назвать было нельзя.

— Перестаньте, — напряженно ответила я, невзначай отшатнувшись от очень, очень сейчас злого мужчины. Только вот то, на что он злился… Я все не могла поверить в то, что, после того, что я пережила, он вместо успокаивания начал самую настоящую сцену ревности. Впрочем, была и хорошая сторона неожиданно отвратительному поведению дракона: шок сошел безболезненно и слезы высохли, не успев даже показаться. — Ничего ведь не было!"

"— Ничего, говоришь? — усмехнулся он, делая в свою очередь шаг ко мне. А я — назад. — А на руки он тебя поднял из ничего, от нечего делать?

— Мне стало плохо! — воскликнула я. И снова шаг в нашем безмолвном танго. Спиной чувствую, что в любой момент мое тактическое отступление придется закончить, потому что комната небольшая, а стены твердые.

— Я был в двух шагах, а падать моя леди в беде почему-то решила не своему лорду в объятья, а какому-то мальчишке?

— Да вы сошли с ума, он просто меня придержал, он хотел…

— Так я тоже хочу. — Черные глаза опасно прищурились. — Что ж, позволь и я… Придержу.

Властные руки легли, нет, прильнули к моей талии, и я задохнулась от стальной хватки, прижатая вплотную к холодной опоре. Он медленно наклонился к моему лицу, и одна рука опустилась ниже колена, поддела низ платья.

— Не здесь, — выдохнула я, жмурясь.

— Как пожелаешь, — ответили мне смешком.

И я отчетливо ощутила, даже сквозь плотно сомкнутые веки, белый свет уже знакомого портала. Куда, правда, на этот раз он решил меня забросить или, как в день с полетом, сбросить — понятия не имела. Когда же открыла глаза, падая спиной на мягкий матрас, в ближайшие пару часов стало не до разглядывания обстановки.

Это только на утро, проснувшись в одиночестве, выпив для бодрости воды в со столика и обнаружив записку, я поняла всю проблему собственной беспечности.