Судьба дракона, или навязанная истинная

На время Алфи потерял дар речи и совершенно растерялся, а после долго возмущался и ворчал, что я слишком легкомысленная и так далее, а в крепости без меня слишком скучно и пусто, все соскучились и ждут меня...

Я дала брату выговориться, при этом за все это время так и не взглянула на Брена, хотя чувствовала, что он на меня смотрит. Казалось, я ощущаю его взгляд каждой клеточкой тела, настолько острым было чувство.

Когда Алфи, наконец, выдохся и перестал возмущаться, я быстро произнесла:

— Давайте прогуляемся!

Я надеялась пойти рядом с братом, хотела оставить Брена на Нарию. Однако не успела я сделать шаг, как подруга пошла вперед, гордо неся себя, со словами:

— Сэр Оринис, позвольте спросить у вас...

Алфи довольно нехотя пристроился рядом с Нарией, наградив меня недовольным взглядом. Я пошла позади брата и подруги, искоса бросив осторожный взгляд на Брена.

На миг наши глаза встретились. Показалось, что на меня смотрит незнакомец — таким темным и странно обжигающим был взгляд. Я вздрогнула всем телом и неожиданно для себя вспыхнула, наверное, до кончиков ушей. После с трудом отвела глаза и, совершенно растерянная и недовольная собой, стала догонять брата с подругой.

— Кел! То есть... мисс Оринис!

От звука голоса Брена, который  тоже прозвучал совершенно незнакомо — низко, хрипло, настойчиво, я снова вздрогнула. Толпа взволнованных мурашек пробежалась по телу. Я вдруг мелко задрожала и испугалась своей реакции...

Глава 15.

/Келлия Оринис/

На Брена я взглянула лишь мельком, но и этого мгновения хватило, чтобы я изумилась тем изменениям, которые с ним произошли.

Я с трудом овладела собой и еле удержалась, чтобы не обернуться.

Брен Илис стал выше. Но от его когда-то довольно мощной фигуры для юноши почти ничего не осталось. Он невероятно похудел — о таких обычно говорят «кожа да кости». Цвет лица стал какой-то серый, черты лица резко заострились, под глазами красовались темные круги, а щеки впали.

Сердце мое переполнилось жалостью и тревогой. Почему Брен так ужасно выглядел? Он болел? Снова был ранен? Что произошло?!

Бывший друг вскоре догнал меня, приноровился к моему шагу и тихо проговорил все тем же незнакомым голосом, от которого меня снова охватила дрожь:

— Келлия, этим утром я совершенно спонтанно решил составить компанию вашему брату. Выходит, я все правильно сделал? Иначе не дождался бы вас... то есть тебя... в крепости? И не увидел.

Брен не сдержал тяжелого вздоха, а я сухо проронила:

— Выходит, правильно.

С облегчением отметила, что, несмотря на внутреннее волнение, мой голос прозвучал довольно спокойно. Даже равнодушно. Я удивилась своему самообладанию. Видимо, натренировалась за прошедшие месяцы, отвечая на каверзные вопросы учителей и  дракониц.