Истинная для волчьей стаи

Герману, похоже, тоже очень нравилось мыть мою грудь. Я чувствовала что то, что касалось моего тела там, внизу, напряглось сильнее. Мне не хватало смелости опустить глаза, но я понимала, что та штуковина просто очень большая, огромная. Неужели он попытается засунуть ее в меня? Но… как?

- Не бойся, кроха, природой все устроено правильно. Все будет хорошо. Я не стану спешить. Расслабься. Мы… Мы сделаем это когда ты будешь готова.

Мы... Это прозвучало как-то странно из его уст. Это ""Мы""...

Герман плеснул воду на упругое полушарие смывая пену, и тут же взял сосок в рот.

Мне казалось, что я теряю сознание от удовольствия. Слабо соображая что я творю я опустила свою руку прямо на его достоинство. Оно было горячее, жесткое как камень, но при этом гладить его оказалось очень приятно – кожа там ощущалась как мягкий шелк или атлас.

- Что же ты со мной делаешь, девочка моя… ты…

Он прижался лбом к моей макушке, тяжело дыша.

- Еще… потрогай его еще, пожалуйста.

Герман опустил свою руку на мою, показывая, что именно я должна делать.

Я повторяла его движения, стараясь не сжимать слишком сильно.

А потом я почувствовала его губы на своих губах.

- Моя прекрасная Диана…Моя… ты только моя…

И что-то обжигающе горячее брызнуло на мой живот.

Глава 8.

8 лет назад.

Я лежала на кровати. Герман лежал рядом на боку, любовался мной, осторожно водя рукой по моему телу. Лаская, но не так, как ласкают любовницу, нет. Он ласкал меня как драгоценность, как что-то очень дорогое, важное.

И мое сердце заходилось от нежности к нему.

Как странно перевернулась вся моя жизнь!

Еще вчера я жила как не жила. Просто отбывала положенный срок в ожидании чего-то. Нет, по сути, я ничего не ждала – нечего было мне ждать, я ведь была парией!

Но где-то в глубине души, так глубоко, так тайно, я, конечно, мечтала что появится кто-то, кто спасет меня.

Прекрасный принц? Наверное.

Или нет. Простой человек. Обычный самый. Который… Который не скажет – хорошо, что ты страшненькая. Который будет смотреть на тебя, как на единственную ценность! Так, как смотрел на меня сейчас Герман. Мой волк.

Я ведь и мечтать не смела, что тем, кто меня спасет будет волк!

Думала, что для всех своих соплеменников я – вне закона.

Возможно, когда он узнает, что я и кто я он тоже предпочтет выбросить меня из своей жизни?

Нет! Этого быть не могло! Я ведь его истинная!

Это значит – навсегда! На всю жизнь!

Это значит, родить волчат для его стаи могу только я!

Это значит только со мной его семя принесет плоды!

Это значит, что он будет любить меня всегда, никогда не взглянет на другую. Не сможет.

Я помнила, как это было у папы с мамой. Как они смотрели друг на друга - словно не прожили столько лет вместе, словно встретились и полюбили вчера! Эти касания рук постоянные, улыбки, многозначительные взгляды.