Истинная для отшельника (СИ)

Заразительно так, что мои губы сами невольно тянутся в улыбку, но я упрямо сдерживаю свои эмоции. Стараюсь держать невозмутимое лицо.

— Какая же ты наивная, кнопка, — просмеявшись говорит Рэй и легонько щёлкает меня по носу. — Абсолютно всё воспринимаешь за чистую монету, — а потом пододвигает ко мне свою тарелку и красноречиво намекает: — Добавка будет?

Я смотрю на него, хлопаю растерянно глазами и, кажется, опять начинаю закипаю. Только уже не от злости, а от какой-то медленно бурлящей радости внутри.

Значит ему всё-таки понравилось? И всё это время он просто издевался?

Какой же он всё-таки, гад!

Так и подмывает сказать в ответ что-нибудь колкой, но ссориться с хозяином дома я пока не планирую. С головой, слава Богу, пока дружу. И понимаю, что я тут на птичьих правах обитаю. Кто знает, что взбредёт в голову этому шутнику-отшельнику? А мне до весны — позарез продержаться надо.

Поэтому натягиваю на лицо приветливую улыбку.

— Конечно!

Беру тарелку и иду к плите. Накладываю обжоре вторую порцию и возвращаюсь за стол. А потом наблюдаю, как он уплетает за обе щеки ароматное жаркое из мяса косули.

— Слушай, Рэй, а как ты оказался здесь, посреди тайги? Почему ушёл от людей?

Меня уже давно распирает от любопытства почему такого сильного и, что уж греха таить, сексуального мужика занесло в эту глухую тьмутаракань. Наверное, должна быть на это какая-то веская причина. Иначе… я просто ничего не смыслю в жизни.

Рэй замер с ложкой в руке, посмотрел на меня из-под густых бровей и, ничего не ответив, продолжил есть.

— Почему ты один? — осторожно спросила я.

Видимо зря…"

"Благодушное настроение тут же стёрлось с сурового лица мужчины. Он сомкнул губы в тонкую линию и, отставив тарелку в сторону, припечатал меня жёстким взглядом.

— Тебя это не должно волновать, Алекс! — ответил он и поднялся из-за стола. — Спасибо за ужин.

Вот и поговорили…

Глава 14

Сегодня ровно три недели, как я живу в лесу, в забытой Богом глуши. Без сотовой связи, интернета и телевизора. Сначала я думала, что и недели не продержусь — сойду с ума. Но знаете, сейчас я уже почти смирилась, что мне придётся сидеть здесь до самой весны. И отсутствие цивилизации меня больше не тяготит настолько сильно, как в первые дни. Время здесь течёт очень тихо и безмятежно. Мне не надо никуда торопиться: бежать сломя голову на работу или в универ. Это очень непривычно для меня, но на удивление так здорово! Иногда, конечно, накатывает тоска лютая по дому, по бабуле, что хочется опять завыть волком.

Интересно, знает ли она уже о моей пропаже?

И почему меня, чёрт возьми, никто не ищет?!

За всё время, что я нахожусь здесь — я не слышала звука ни одного вертолёта. Только ветер за окном воет, да сосны скрепят.