Истинная для отшельника (СИ)

А когда он положил ЭТО на стол, от неожиданности я громко взвизгнула и отскочила в сторону.

— Ч-что это?

— Заяц, — ответил он.

— Я уже поняла. Но это… это же мёртвый заяц. Зачем он здесь?

Я никогда раньше не видела мёртвых животных. И сейчас, это зрелище казалось настолько диким, вопиющим, что меня буквально скручивало пополам от подступающей к горлу тошноты.

— Это не мёртвый заяц, а убитый мною.

А разве в этом есть какая-то разница?! Чёртов маньяк!

— И зачем… зачем ты его сюда притащил?

— Чтобы есть, — со зловещим блеском в глазах ответил Рэй. — Ты, кажется, хотела помочь? Зайца нужно освежевать: снять шкуру и выпотрошить внутренности. Потом можешь его пожарить.

На слове «освежевать» меня конкретно замутило. Живот скрутило болезненным спазмом и по спине побежал неприятный озноб. Прикрыв рот ладошкой, я чуть не задохнулась от приступа тошноты. Даже в глазах побелело на мгновение.

— Я… я не… я не могу, — только и смогла выдавить я, пятясь в сторону своей комнаты.

Этот маньячина оскалился довольно, и хмыкнул, хватая зайца со стола:

— Так и знал, что ты белоручка.

Рэйнан

— Почему ничего не ешь?

— Не хочется что-то. Аппетит пропал, — пищит задушено и, морща нос, тихонечко отодвигает тарелку.

Твою ж… медвежью мать!

Чувствую, как внутри начинаю звереть. Мой медведь вторит моим мыслям утробным рыком. Конечно же ему не по нраву, что его самочка ничего не ест. Она должна хорошо питаться. Этот пунктик заложен в природе оборотней, так же, как и у обычных медведей. Чтобы выжить зимой — медведь должен много есть. А эта пигалица мелкая сидит и выпендривается уже минут десять. Ещё и нос воротит от моей стряпни.

Прибил бы на фиг!

Хотя нет, эту бы не прибил. Любого другого человека на её месте уже давно бы прибил, а её — не могу. Лапа не поднимается, вашу мать!"

"Вернее, на неё у меня много чего поднимается. Только ниже пояса. Колом стоит. Да так, что яйца трещат по швам и в грудине словно калёным железом жжёт — непривычно и больно.

Эти чувства совершенно новы для меня. Неожиданны. Опасны… Они бьют хлыстом по старым едва затянувшимся ранам, причиняют невыносимую боль. И вызывают не просто злость — они вызываю ярость!

— Ешь я сказал! — рявкнул чересчур грозно, и кулаком по столу, так, что тарелки подпрыгнули разом вверх.

Алекс вздрогнула от неожиданности округлив испуганные глаза, губёшки затряслись — того и гляди сейчас прорвёт плотину.

Бля… только этого не хватало.

Опять перегнул палку. И сам же себя за это ненавижу.

Пока я боролся с собственной совестью девчонка на удивление быстро взяла себя в руки и оскалила зубки.

— Не надо на меня орать! — сверкает гневно глазами, и шипит как кошка: — И приказывать мне тоже не надо.