Истинная для Грифона

Может, она притворяется? В таких думах проходили его одинокие ночи.

В свое поместье у Золотого рога Виттор возвращался с твердым намерением наладить отношения с Настей. Она просто боится его, и что уж говорить, он сделал все, чтобы напугать ее. Виттору предстояло убедить ее в том, что с ним ей нечего бояться, что он защитит ее от всего. Даст ей все блага, которые вообще возможно обрести. У нее уже есть все, о чем может мечтать любая женщина. Нужно лишь узнать, чего еще не хватает Насте. Она равнодушна к деньгам, украшениям и нарядам, но любит читать. Может, подарить ей книгу? Но не с обновленным же сводом законов идти на свидание после разлуки.

Сегодня он вошел в ее комнату с букетом. В последний раз он дарил цветы матери в детстве, поэтому чувствовал себя даже глупо. Но женщинам нравилось, когда им дарят цветы, и Виттор надеялся, что его пара не станет исключением. Настя сидела на кровати спиной к нему. День выдался ясным, солнечные лучи подсвечивали ее тонкую фигуру мягким светом. Виттору показалось, что она похудела, и это обеспокоило. Она должна лучше питаться, ведь даже сейчас может быть беременна.

Настя была так занята, что не заметила его появления. Он неслышно подошел к ней, заглянул через плечо. Настя увлеченно плела браслет из кожаных лоскутов разного цвета. В каждом движении чувствовались сноровка и опыт. Он был уверен, что она аристократка, но Настя в очередной раз заставила его усомниться. Виттор внимательней присмотрелся к браслету. Красивая работа. Быть может, она готовит подарок на его день рождения, которое будет через неделю? Он был бы рад такому подарку, особенно от нее.

– Настя, – тихо позвал он, чтобы не напугать.

Она все равно резко вскочила с кровати, выронив браслет на пол. Отступила к окну. На ней был совсем простой сарафан бирюзового цвета. И зачем она состригла волосы? Сейчас они доходили до ее плеч. Но ей шло. Необычно. И даже это простое одеяние смотрелось на ней гармонично. Ей не нужны косметика, духи, шелка, чтобы выглядеть привлекательно. Сейчас она казалась такой домашней, родной.

– Вит Дрейсон, я не услышала, как вы вошли. – Настя словно одернула себя, стараясь успокоиться, посмотрела на браслет, лежащий на полу.

Виттор поднял его, протянул Насте:

– Красивый. У тебя талант.

– Ничего особенного, – отмахнулась она, забирая у него браслет и стараясь не коснуться его руки. – Он из остатков. Не хотелось выкидывать кожу.

Отвернувшись, Настя бросила браслет в шкатулку, лежащую на столе. Виттор успел заметить в шкатулке еще несколько браслетов, нитки и бутылочки с бусинами, прежде чем Настя ее захлопнула. Значит, она плела не для него. А для кого же столько браслетов? Это уязвляло. Настя, тонко чувствовавшая его состояние, невольно насторожилась, уловив его раздражение.

– Это тебе.