Истинная для дракона. Противостояние

 — Он пожал плечами, усмехаясь: — Нет гирьки на весах — нет лишних переменных в равновесии, так? Останемся ты и я. Твой мир и мой.

— Аршад… — прорычал я.

— Хотя средство избавления мира от меня у тебя тоже есть, — за его оскалом стояло столько боли, что глаза щипало. Или это от дыма? Пустыню и правда стало затягивать гарью. — И тут мы тоже не будем с тобой оригинальны. Все повторяется…

— Аршад!

— Выбирай…

— Аршад!

Все, что успел — нащупать нить в его руках и дернуть на себя со всей силы…"

"— Зул… — Женский всхлип привел в чувство, и я открыл глаза. На диване сидела Кира. Она сжимала мою ладонь в руках, вглядываясь в лицо. Когда навел на ее лице резкость, она качнулась и повисла у меня на шее, заливаясь слезами: — Спасибо!

Я рассеянно придержал ее рукой за плечи, продолжая думать о разговоре.

— Знаю, будешь ругаться, но я подумала пройтись вдоль границы, поискать слабые места…

Не буду. Не до этого сейчас.

— Понятно, — кивнул отстраненно.

— Зул, что ты видел? — настороженно кивнула Кира и прижалась ко мне сильнее. Хрупкие плечи подрагивали, она уткнулась лбом мне в грудь, прерывисто втягивая воздух.

— Тебе нужна помощь, — сделал вид, что не слышал ее вопроса. — Карл!

Я был уверен, тот был недалеко. Дверь распахнулась через секунду, и в кабинет влетел Председатель:

— Кира! — присел рядом, хватая женщину за руку. — Как ты?

— Врача зови, — холодно скомандовал я.

— Зул, только не уходи, — обхватила она мою шею и заглянула в глаза: — Пожалуйста…

— Я здесь, успокойся, пусть тебя осмотрят.

Пока врачи возились с Кирой, мы с Карлом прошли в его кабинет. Я никогда тут не был, но и сейчас мало интересовало его убранство. Больше — наличие окна. Распахнул рывком ближнее и сделал глубокий вдох.

В душе — черная пустота.

Договориться не выйдет. Аршад уже дошел до крайней точки отчаяния… потому что сделал выбор. И мне бы тоже не мешало. Внезапно солнечное сплетение обожгло от понимания — он УЖЕ выбрал Миру. Мою Миру. А я все не мог. Хоть и говорил ей, что не смогу без нее, но знал — смогу. Не как раньше, нет — останусь тенью, вместилищем разума, не более. Но достаточно, чтобы продолжать жить. Хотя… лучше сдохнуть.

— Есть сигареты? — выдавил хрипло.

Карл кивнул, выуживая из кармана пиджака пачку.

— Как ты ее вернул?

— Неважно, — вдохнул холодный воздух полной грудью, сглатывая горечь с языка. Безумно хотелось обратно к Мире. Сжать девочку в объятьях и притянуть себе на грудь, чтобы слушать всю ночь, как дышит мне в шею… и смотреть на снегопад за окном. И ни о чем больше не думать.

Но вместо этого, как в самые тяжелые времена — сигарета и одиночество. — Расскажи, что уже делаете?

— Собираем к границе войска, — пожал плечами Карл. — Будем драться за своих, если не отпустят.

Я стиснул зубы, шумно выдыхая.