Истинная для демона, или Коснись моих воспоминаний

В дворцовом парке появилась новая забава – леди Маким со своим невероятным синим языком, цвета которого она, по удивительной случайности, не замечала, зато видели все остальные.

– Помните, леди Сивилла за столом сказала, что у тех, кто распускает грязные лживые сплетни, языки синие? – шептались придворные. – Думаю, это божья кара. Не следовало наговаривать на принцессу Грету, обвиняя её в запретной связи с ас-алердином Рагная.

Об этом говорили то тут, то там, а Сивилла лишь загадочно улыбалась. Когда мы шли к беседкам вдоль розовых кустов, я не выдержала и спросила:

– Неужели это ты сделала, Сив?

– Не имею к этому ни малейшего отношения! Может, и правда кара божья? – сверкая глазами, как звёздочка на небе, задумчиво протянула фрейлина.

В этот момент на перилах ближайшей к нам беседки проявился монтри. Теперь ни у кого не осталось сомнений, кто к этому причастен.

– Твоих рук дело? – уточнила я на всякий случай.

– Лап, – исправил он и осклабился, выпустив коготки. – И это была самая невинная шалость. Я вон бывшей любовнице Ямина татуировку живую оставил, там цифры прибавляются всякий раз после… э-э… проникновения нового мужчины.

Нилла сделалась пунцовой, Сивилла хмыкнула. Я тоже не сдержала улыбку, хотя что-то неприятное царапнуло душу при упоминании любовницы Ямина. Хорошо, что бывшая. Интересно, а настоящая у него есть? А может, вообще невеста, которой он собирался сделать предложение, да мешает наш договор?

– И за что ты так с ней? – с любопытством спросила Джули.

– Почему сразу «за что»? В благих целях, ради ас-алердина старался. Айла Зикра изменяла ему, вот я и придумал это заклинание, наложив на неё совершенно случайно… когда она спала одной частью тела кверху. Вы бы видели лицо Ямина, когда он узрел новую цифру на её ягодице!

Монтри засмеялся, хотя хохот был больше похож на лай. Мы улыбнулись, представив изумлённое лицо ас-алердина.

– Как айла Зикра оправдывалась, какие аргументы только не приводила! Мол, она же не знала, что у неё там счётчик стоит. – Теперь мы расхохотались в голос. Настолько громко, что на нас оборачивались придворные. Монтри лёг на спину, подняв лапы кверху, и продолжал сыпать новыми подробностями. – А когда по Рагнаю пошёл слух о моём заклинании, ко мне выстроилась целая очередь из демонов и демониц, желающих поставить такой же счётчик своим половинкам. Но я – кремень! Ни за какие деньги не продал ценную информацию!

– Почему? – изумилась я, подумав, что князь выглядит довольно меркантильным зверьком.

– А ты представь, сколько браков может рухнуть.

– А может, наоборот, это помогло бы их сохранить? Меньше изменяли бы.