Истинная для демона, или Коснись моих воспоминаний

Это правильно – правильно детям оплакивать своих родителей, а не наоборот, но неужели я заслужила потерять их так рано, в столь юном возрасте? Последний раз я видела их, когда мне было восемь.

Всего лишь восемь… ещё совсем ребенок, проведший на чужбине большую часть своей жизни. Но я помню ласковые руки мамы, улыбку отца, первый выстрел из лука… Отец лично натягивал мне тетиву, учил, направлял.

Не знаю, сколько я так простояла, вспоминая и оплакивая короля и королеву, но вскоре слёзы кончились. Просто раз – и высохли, оставив лишь мокрые дорожки на щеках. Я была опустошена, выпита до дна, иссушена, как Великая пустыня на Востоке.

Когда я поднесла свой грязный от пыли платок к глазам, Ямин остановил меня и дал взамен свой – тёмно-синий, с вензелем его рода. Я с благодарностью приняла его, утерев остатки влаги на лице, и подошла ближе к надгробию. Тамим проводил какие-то магические манипуляции над скелетами, и я с неприязнью, но смирением наблюдала за его действиями. Чтобы хоть как-то отвлечь меня, Ямин моим платком убрал пыль с портретов, и я смогла увидеть их – великолепного статного короля с окладистой бородой в дорогом камзоле и утончённую, с пышной причёской королеву в красном платье. Они смотрели на меня такими, какими я запомнила их при отплытии, – портреты, как и портрет брата, были взяты из архива, а не созданы после смерти, как это было принято в Абикарде.

– Так что ты хочешь найти, Тамим? – нарушила я наконец тишину, но, не получив ответа, потребовала: – Скажи! Я не задавала лишних вопросов, но сейчас мне нужно знать. Пойми, как бы я тебе ни доверяла, но твои действия выглядят странными.

– Я отвечу, когда мы будем наедине, – пообещал Тамим и бросил настороженный взгляд на наследника Рагная. – Это пустяк, не волнуйся.

– Я догадываюсь, о каком пустяке ты вещаешь, – усмехнулся ас-алердин, и Тамим бросил на него проницательный взгляд. – Пока мы не вошли в склеп, я всё голову ломал, как же так получилось, что ты бросился за какой-то принцессой… Ни один демон не впутается в конфликт ради человека, тем более ты, Тамим. И прибыл ты сюда не ради Греты. Ты никогда не отличался романтичностью. Разве я не прав?

– Не твоё дело, Ямин, – отчеканил посол, спрыгнув с каменного постамента, на котором лежали гробы, и остановился рядом с нами.

Я буквально всем телом ощущала силу, исходящую от этих двоих. Казалось, ещё мгновение, и стеклянные крышки гробов взорвутся от этого напряжения.

– Она знает, – переведя взгляд на меня, произнёс ас-алердин. – Просто… не помнит.

– Что ты увидел в моих воспоминаниях? – выдохнула я изумлённо.