ИСТИНА

Разрушив на время духовный мир Бурмина, разорвав тонкие, связующие его с жизнью нити, именно она не дала возможности ему хорошо работать.

Самолет лег на крыло. В иллюминаторе появился ковш Финского залива, рельефно обозначился макет города.

— Товарищи пассажиры, наш самолет прибывает… Голос стюардессы был привычно вежлив. Олег пристегнул ремень, глядя на город, который постоянно увеличивался, вырастал, надвигался. И вот дома заполнили иллюминатор, стали крупными и уже не фрагментами макета, а реальностью.

Колеса самолета ударились о взлетную полосу. И тяжелая машина побежала по земле. А это, пожалуй, самый приятный момент любого воздушного путешествия.

Шел четвертый день розыска.

Валера стоял на летном поле, немного кокетничая своими правами хозяина. Мол, в Москве тебя сюда не пустят, а у нас, на периферии, уголовный розыск уважают. Он был все таким же. Рано поседевший, светлоглазый, похожий со своей сединой, усиками, пробором на какого-то киногероя.

Они обнялись. Олег очень любил этого веселого, умного парня.

Двенадцать лет назад Валера был механиком «Аэрофлота», затем его направили в милицию. Уголовный розыск, видимо, и был единственным призванием этого человека. Через два года о нем начали говорить «прирожденный сыщик».

Бывает же так, что призвание свое находишь не сразу. Валера заочно окончил Высшую школу МВД, а теперь готовился в академию.

— Ну что, — засмеялся он, — не женился?

— И ты об этом.

— Конечно. Холостые друзья являются нездоровым возбудителем зависти. Так что уж женись.

— Попробуем. Что Александров?

— Тих и скромен. Нам стало известно, что несколько дней назад он не вышел утром на работу.

— Когда это было?

— В том-то и дело, что в день убийства.

— Знаешь, я уже не верю в удачу. Никогда у меня не было столько совпадений, как по этому делу.

Они подошли к «жигулям», стоящим на площадке для машин, и Наумов еще раз позавидовал таллинским коллегам, которым выдавали государственные машины. Насколько это было удобнее, чем постоянная зависимость от шоферов.

— Соскучился по Таллину? — улыбнулся Валера. — Ты года два не был, кажется?

Да, Олег был здесь два года назад. Он любил этот маленький, словно игрушечный, город. Любил и немного злился на него. Завидовал людям, которые сохраняли его в старинной первозданности. И не просто сохраняли, но и умело, с душой реставрировали.

Москве, конечно, не повезло. Каждый год исчезали красивые дома и особняки, а то и целые улицы. Их приносили в жертву безликому градостроительству, уверяя людей на страницах газет, что именно это и есть подлинная красота.