ИСТИНА

Затем Олега забрали в областное управление, а Прохоров вскоре стал начальником уголовного розыска района, когда случилось это дело о наезде.

Рядом с Озерами неизвестный сбил человека и исчез. Преступника нашли через два дня. Но… позвонили, порекомендовали дело спустить на тормозах. В то время такое случалось. А Борис не захотел. Более того, задержал подозреваемого на семьдесят два часа. Через день его отрекомендовали на работу в областное управление, а дело о наезде закрыли. Строптивый капитан был, правда, с почетом, но устранен. С тех пор он изменился. Стал сух и неразговорчив. Старался ничего не принимать близко к сердцу. Четко выполнял работу, и все. Но в их деле одной четкости недостаточно. Здесь необходим несколько иной подход. Потому что работа с людьми всегда сродни творчеству. Она так же неожиданна и прекрасна.

Олег видел, как на деле Бурмина Прохоров словно просыпается от некой летаргии. Правда, медленно, но все же становится тем самым горячим оперативником, которого Олег знал по совместной работе в районе.

— Ну что, привезли Бобакова? — спросил Наумов.

— Скоро будет.

Впереди конвойный и сзади конвойный. А по бокам стены, а на окнах решетки. Значит, опять поедет он далеко на север. А там проволока да лесоповал. Только вот коридорчик незнакомый. Не в МУР его привезли, а куда?

— Начальник, — спросил Бобаков, — куда привез-то?

— Молчать. Узнаешь.

Нет, с ними не поговоришь. Не те люди. Конвой, он и есть конвой.

У дверей с цифрой 21 конвоир скомандовал:

— Стой!

Бобаков посмотрел еще раз на дверь. Очко. Значит, повезет, мальчонка.

— Товарищ майор, арестованный Бобаков доставлен.

И тут на стене Бобаков прочитал плакат о лучших работниках милиции Московской области. Вот это да… Зачем его сюда привезли?

— Заходи, — коротко скомандовал старшина. И он вошел.

В комнате сидели двое.

— Садитесь, Бобаков.

Он сел, устроился удобно, а глазом уже наметил пачку сигарет.

— Закурить разрешите, гражданин начальник?

Так спросил, для разговора. Точно знал, что начальник разрешит. В розыске ребята работают не вредные. Потому что жизнь у них не приведи господь.

— Курите.

Бобаков взял сигарету, чиркнул спичкой, затянулся глубоко.

— Начальник, зачем меня в область привезли? Я дальше Тушина не езжу.

— А у нас с вами, гражданин Бобаков, разговор о Москве пойдет. Вам фамилия Бурмин что-нибудь говорит?

— Кличку знаешь?

— Он, Бобаков, не собака, у него клички нет."

"— Значит, фраер. Убей меня бог, начальник, не помню такой фамилии.

— Тогда я построю вопрос иначе. С кем, Бобаков, вы два года назад дрались у «Софии»?

Бобаков задумался. Конечно, припомнить можно. Но что ему это даст? Хорошая память в его деле — не всегда лучший помощник.

— Напоминаю, Бобаков. Вот протоколы десятого отделения…

— Не надо, не напоминай.