Испытание Уинтер

Но если есть хоть малейший шанс, что Вадим оставит племя в покое…

Он замолчал. Йара, закончив переводить, оглядела толпу. Наследники смотрели на них так, будто Саймон предложил лично перебить всех их соплеменников, а вот спорящие мужчины и женщины затихли и разошлись, уступая дорогу морщинистому старичку, тяжело опирающемуся на узловатую трость.

– Пора с этим покончить, – произнёс он срывающимся, но твёрдым голосом, и все тут же обернулись к одному из немногих оставшихся старейшин. – Отважные дети, вы сделали всё, что могли. Но пришло время поступить так, как будет лучше для ваших людей и вашего леса.

До Саймона запоздало дошло, что он говорил по-английски, и мельком он задумался, не понимали ли старейшины – и остальные члены племени – их с друзьями с самого начала. Но сейчас это было неважно. Наследники переглядывались – кто-то с очевидным упрямством, кто-то не так уверенно, – пока Йара не выступила вперёд.

– Как пожелает племя, – сказала она и перешла на родной язык. По толпе прокатились шепотки; самые разъярённые соплеменники смотрели на неё с удивлением, будто не ожидали, что всё решится так просто, но вместе с тем на их лицах было написано мрачное удовлетворение.

Саймон не знал, о чём она говорила, но в ответ на её слова в воздух поднялись руки, большинство из которых принадлежало родственникам Наследников. Она снова что-то сказала, и теперь руки подняли практически все. Йара поджала губы.

– Хорошо, – сказала она, а потом посмотрела на Саймона, и от тоски в её взгляде внутри всё сжалось. Но им нужно было уйти. Ради племени, ради животных, ради самих Наследников. – Куда нам идти?

Не успел Саймон сказать про Катарину и Одичалых, как от стен пещеры отразился знакомый голос:

– Идите за мной."

"Лавируя между людьми, к ним шёл ягуар, и Саймон ни капли не удивился его появлению. Скорее всего, он видел, что произошло прошлой ночью, и в груди полыхнула иррациональная злость. Ягуар мог бы помочь. Мог бы преломить ход битвы – и тогда с Лео не случилось бы то, что случилось.

Но ярость мгновенно угасла. Задумываться о том, что могло бы произойти в другой ситуации, было опасно, а Саймон слишком устал, чтобы позволять воображению разгуляться. Лео умер, и ягуар не мог вернуть его к жизни. Никто не мог.

– Мы не знаем тебя, – произнесла Йара, властно глядя на ягуара сверху вниз. – И не видим причин доверять.

– И не должны, – кивнул ягуар, присаживаясь на задние лапы. – Вы умные, хитрые люди, и вы не поверите мне, как бы я вас ни уговаривал. Скажу только одно: со мной вас ждёт спокойная жизнь и общество себе подобных.

– Себе подобных? – переспросила Йара, оборачиваясь на Саймона. Тот отвёл взгляд – он не знал, что сказать.

– Да, – склонил голову ягуар.