Испытание (СИ)

Знал, что девчонка постепенно начинает нервничать. Очень хорошо, пусть понервничает. Пусть помучается неизвестностью. Это ей за всё, за ошейник, за его нервы трепаные, за все. Все-таки здорово сумела она ему досадить.

Но постепенно раздражение сошло на нет, и обида забылась, а осталась только желанная женщина рядом. Мужчина стал покрывать поцелуями кончики пальцев, нежно прикусывая подушечки, дыхание у него стало тяжелым и глубоким, а девушка, смотревшая пустыми глазами в пространство, невольно притихла и покраснела от досады.

Сейчас это повторится снова. Она чувствовала себя проституткой на работе, обычной подневольной проституткой, но только намного несчастнее. Потому что проститутка может просто отгородиться от происходящего, и в процессе думать о том, что сегодня нужно купить из продуктов, или о том, что бачок в туалете протекает, или еще о каких-нибудь 'приятных' человеческих мелочах. Но не о клиенте, черт бы его побрал! Клиент пусть себе трудится.

Но у нее не тот случай. Ее клиент не просто озабоченный мужик с улицы. Это тот самый парень, что втерся ей в доверие и так безжалостно обманул. Влюбил в себя, а потом надел ошейник и превратил в рабыню. В личную шлюху.

Что стало с ее чистой любовью, глупой бабской любовью? Как она умудрилась поверить этому чудовищу? Как? А теперь, когда от обиды у нее такое чувство, словно кусок сердца вырвали, а оставшаяся половина продолжает качать кровь в никуда, как жить? Как с этим жить? Если сердце тонет в крови, а тело вовсе в полном раздрае. Только спасительный холод может притупить боль. Позволить забыть ее хотя бы на время.

Но ведь и этого нет.

Теперь он заглядывает ей в глаза, в надежде что-то там увидеть. Что? Что он там ищет после того как сам все убил? Мусолит ее, из кожи вон лезет, чтобы добиться отклика на свои ласки. Подавай ему полноценное участие! Что ж получайте тело комиссарское, берите, пользуйтесь. А она потом отмоется. Хорошенько. Вода все смоет, вода всегда все смывает.

Но то говорили мозги, а тело делало свое дело. И скоро мужчина смог увести ее за собой туда, где они уже были однажды, в безвременье и непонятное место, которого нет нигде. Увел. Да так, что она поверила, будто он умрет, если они не пройдут эту дорогу до конца вместе. Будто он и вправду умрет. И заставил ее поверить, что и она умрет, если они не пройдут ту дорогу вместе.

Даже не добрались до спальни.

Почему не удается уловить этот миг, короткий, но совершенно реальный. Почему дверь... Ему кажется, что вот-вот, и он увидит эту волшебную дверь...

Нет. Мертвая пустота.

Стальная дама вела Сашу обратно и специально шла на шаг сзади. Во-первых, рабыня номер 44 уже знала дорогу, а во-вторых, она все равно не замечала ничего кругом. У стальной если и были сомнения, то они быстро рассеивались.