Испытание Огня

А потом обратила внимание на вытянутое от удивления лицо Дорса.

— Погоди! — выдохнул водник. — Так этот твой кшерианец… он что, по всем зеркалам академии ходит? Следит за всеми нами?

Настала моя очередь удивляться.

— Мм-м… а ты только сейчас это понял?

Дорс шумно вздохнул и мученически поднял глаза к потолку.

— Гхарн!

Это, как я поняла, означало «да». И хотя момент был в целом очень нервным, я не могла не улыбнуться.

— Кракозябр мой друг и при этом с большим уважением относится к частной жизни, — попыталась успокоить я. — Если он о чем и рассказывает, то лишь о том, что касается непосредственно меня. В остальном Зяба ужасный молчун. А ему самому ваши тайны, как понимаешь, не очень-то нужны. Он просто развлекается.

Парень не поверил, зло сощурил зеленые глазищи. Я же улыбнулась шире, сказала:

— Дорс, не парься. — И повторила: — Если Зяба и знает пару твоих грязных секретиков, то мне о них ничего не известно.

— А ты уверена, что этот кшерианец только с тобой общается? Уверена, что он не стучит кому-то из преподов, например?

Я внутренне вздрогнула, но маску беспечности на лице удержала. И уверенно кивнула, поставив мысленную зарубку — поймать и допросить, блин!

А в следующий миг отражение дрогнуло, и пред нашими очами возникла этакая помесь гиены с крокодилом. После чего в тишине зала, примыкающего к башне факультета Огня, прозвучало:

— Сарин у себя. И он… — Зяба нервно сглотнул и не менее нервно закончил: — Он повесился.

Комната короля водников от покоев нашего, огненного величества, отличалась не сильно. В сущности — та же роскошь, только в текстиле не алые, а синие цвета преобладали. А вот диван, на который меня усадили, был обит белым материалом, чем-то напоминающим замшу.

Сам Дорс уселся в одно из кресел, предварительно выставив на стол конфеты, бокалы и графин с соком. Увидев угощение, я вопросительно изогнула бровь.

— Что? — не понял блондин.

— Так запрещено же.

— Что запрещено?

— Еду в комнатах держать, — сказала я, а потом сообразила… — Или этот запрет реально только нашей общаги коснулся?

Водник пожал плечами, а мне вдруг еще один момент вспомнился. Дорс про зелье, презентованное Глуном, знал — ему Кракозябр в свое время сообщил. А Каст? Рыжий в курсе или как?

— Ты Касту про напиток Жизни рассказывал? — спросила я у водника.

Тот отрицательно качнул головой и пояснил:

— Кшерианец запретил распространяться. А что?

— Ничего, — пробормотала я, понимая: вопрос любопытный, но он терпит.

Дорс тем временем галантно наполнил бокалы соком. Один подал мне. И конфеты подвинул и улыбнулся печально. Я же глотнула сока, сунула в рот конфету и перевела взгляд на большое зеркало, которое висело справа от нас.

Мы свинтили в башню факультета Воды сразу же, как узнали о самоубийстве Сарина.