Испытание добродетели

 — Вы должны понимать, что…

— Когда он сюда приедет, вы сможете сами с ним переговорить и допросить его, — сказал Дронго. — Только учтите, что я вас предупреждал. Это бесперспективный путь. Он не убийца.

— Я больше не буду с вами спорить, — сказал Вавилов, поднялся и вышел из кабинета.

— Он нервничает, — пояснил Гайдаев, когда за его молодым коллегой захлопнулась дверь. — Вся мозаика была так красиво выстроена, а вы ее опрокинули. Да еще и оказалось, что вы были правы насчет Апрелева. Ему обидно. Теперь все снова вернется к обвинению Хасмамедова и единственному свидетелю, которого я вызвал сегодня на два часа дня, чтобы перепроверить его показания.

— Почему вы не сделали этого раньше?

— Он лежал в больнице, поэтому не мог к нам приехать. А сегодня уже дома, и я вызвал его к нам.

— Сначала поговорите с Апрелевым, — напомнил Дронго. — Я догадываюсь, что вы не разрешите мне присутствовать на этой беседе. Вавилов придумает тысячу поводов, чтобы не разрешить мне допросить Апрелева.

— Ничего, — неожиданно произнес Гайдаев. — Я вам разрешу. Если Апрелев, конечно, приедет. Может, Вавилов прав и он пытается нас обмануть?

— Такой трюк могут позволить себе только очень сильные люди. Дима Апрелев явно не принадлежит к их числу. Неужели вы этого не заметили? Вы же опытный следователь, Леонид Леонидович.

Гайдаев нахмурился и заявил:

— Не давите на меня. Может, Апрелев нарочно позвонил, чтобы оттянуть время?

— Нет. Он обязательно приедет, и вы убедитесь в том, что Дмитрий вовсе не хитроумный организатор преступлений, а обычный молодой человек, не очень порядочный и совсем не страшный.

Гайдаев наконец-то усмехнулся.

— Хотите кофе? — неожиданно предложил он.

— Только чай, — попросил Дронго. — Если можно, зеленый.

Через сорок минут дежурный сообщил им, что Дмитрий Апрелев получил пропуск. Еще через несколько минут он уже стучался в кабинет.

Гайдаев снял трубку, позвонил Вавилову и попросил его зайти.

Апрелев вошел в кабинет, огляделся, увидел Дронго, вежливо поздоровался и сказал, усаживаясь на стул:

— Я не понимаю, почему меня так срочно вызвали сюда. Опять будете допрашивать? Сколько можно нас мучить?!

В этот момент в кабинет вошел Вавилов, который услышал последние слова Апрелева.

— Только теперь вас будут допрашивать не как свидетеля, а как лицо, подозреваемое в совершении тяжкого преступления, — сказал он, усаживаясь напротив Дмитрия.

— Какого преступления? — не понял тот. — Я сегодня перевел все деньги, о которых говорил Сергей Владиленович, на те счета, которые он мне дал. Все оформил правильно.

— Не нужно притворяться, — заявил Вавилов. — Неужели вам еще никто не сказал о том, что случилось с Милой Левшовой?

— Сказали. Господин Дронго сообщил мне, что с ней произошло.