Попала в принцессу толстушку? Исправим!

– В лучшую или худшую сторону? – не удержалась я, кокетливо взмахнув ресницами.

– В лучшую, полагаю. Вам очень идет.

– Благодарю! Значит, мое увлечение приносит свои плоды, – обрадовалась я. Почти искренне. В одобрении Лекса я не нуждалась, но все-таки приятно, если ему нравится, как я выгляжу в новых платьях. – А еще… В последнее время я заметила, что мое образование оставляет желать лучшего. Да, к сожалению. Вышивка, танцы – это все, конечно, замечательно и очень важно для принцессы, но мне захотелось изучить другие дисциплины.

– И что же вы изучаете сейчас? – заинтересовался Лекс.

– Юриспруденцию, экономику, политику, – перечислила я.

Брови Лекса неожиданно взметнулись вверх.

– А вы считаете, женщина должна быть красивым, но глупеньким дополнением к мужу? – полюбопытствовала я, стараясь, чтобы мой вопрос не прозвучал слишком вызывающе. Я не собираюсь бороться за права женщин в этом мире. Хотя… если дорвусь до власти… Тьфу, не хочу я никакой власти! Мне бы свою жизнь устроить.

– Я считаю, что настоящий мужчина всегда может позаботиться о своей женщине. Так что, скорее всего, важно, с какой целью женщина хочет изучать такие дисциплины. Однако наши с вами мнения могут не совпадать – и это тоже нормально. – Лекс смотрел на меня с интересом. Ему явно нравился наш разговор, а вот какие выводы он делал – оставалось только догадываться.

Мелькнула мысль, что если я заикнусь о самостоятельной жизни, то он не поймет. Продукт здешнего общества все-таки.

– Я бы хотела лучше понимать, что происходит в мире. Хотела бы иметь возможность позаботиться о себе в том случае, если ошибусь с выбором и стану женой не вполне настоящего мужчины, – я воспользовалась словами самого же Лекса.

Принц смерил меня задумчивым взглядом.

– Весьма… предусмотрительно, – наконец сказал он. Остановился, потому что композиция завершилась. Поцеловал мою руку, не отпуская взгляда, и улыбнулся: – Благодарю за танец и увлекательный разговор.

С этими словами Лекс отошел, давая мне возможность пообщаться с девчонками. Тем более они сразу меня обступили, забрасывая вопросами о том, как прошло наше общение с принцем Дэбора.

А я в этот момент мечтала только об одном – о передышке!

Кто бы мог подумать, что обычный разговор может так утомить. Неужели мне и правда не все равно, что подумает Лекс? И я надеюсь понравиться ему? Или хотя бы не оттолкнуть слишком неподходящими для этого мира речами?

Когда мне было лет восемнадцать-двадцать, я смотрела на сверстниц, мечтающих о замужестве, и говорила, что никогда не стану такой же, как они.