Исповедь

Я сжал ее киску, такую влажную под моей ладонью, что мне пришлось приложить все усилия, чтобы не показать Поппи, насколько безумным я становился оттого, что порка и подчинение так сильно ее возбуждали. Но я должен был удостовериться, решить этот последний вопрос, потому что не хотел попасть в ад союзников феминисток вдобавок к другим, на которые был обречен.

Я снова ее сжал, и Поппи изо всех сил старалась не сводить с меня взгляда.

– Поппи, я… я хочу быть таким с тобой. Грубым. Властным. Но ты должна сказать мне, что ты не против этого. – Я уткнулся лицом в ее шею. – Скажи мне, что все в порядке, Поппи. Произнеси эти слова."

"Боже, этот лавандовый аромат, шелковистое прикосновение ее волос к моей щеке и ощущение ее влажной киски, пульсирующей в моей руке.

– Просто… черт.

– Да, – произнесла она, ее голос был взволнованным, четким и громким. – Да, пожалуйста.

– Пожалуйста что? – Мне необходимо было убедиться. Ибо то, что я хотел сотворить с этой женщиной… Левит даже близко не подходил к описанию всех способов, которыми я хотел ее осквернить.

Я слышал улыбку в ее голосе наряду с желанием.

– Тайлер, ты именно то, чего я хочу. Используй меня. Будь груб. Оставляй отметины. – Она сделала паузу. – Пожалуйста.

Это все, что мне было нужно. Я поцеловал ее в затылок, а затем выпрямился, чтобы снова шлепнуть по попке, после чего сразу растер это место, чтобы успокоить пылающую кожу.

– Встань и повернись, – приказал я, и она сразу же подчинилась. Одного взгляда на ее лицо было достаточно, чтобы кончить, потому что она выглядела так, словно была готова на все что угодно, лишь бы ее трахнули прямо сейчас, и у меня в голове было полно идей, что она могла бы сделать.

Но сначала я развязал ей запястья, поцеловав слабые бороздки, оставленные веревкой, а затем потянулся за спину и расстегнул молнию на платье. Оно упало к ногам, оставив Поппи полностью обнаженной, за исключением туфель на шпильках. С минуту я просто любовался ею: налитой упругой грудью, довольно большой, чтобы можно было сжать в ладони, и достаточно маленькой, чтобы поддерживать свою форму; ее мягким и слегка округлым животом. Ее бедрами, которые просто молили о том, чтобы в них впились пальцами. Ее гладко выбритой киской и неотразимым изгибом попки.

– Я только что поняла, что ты без своего… – Она жестом указала на свое горло.

– Выходной, – ответил я хриплым голосом. Я потянулся и схватил футболку сзади за воротник, стянув ее через голову и наслаждаясь тем, как губы Поппи приоткрылись, а рука скользнула ко рту, когда она уставилась на меня. Я расстегнул ремень, вытащил его из петель джинсов и бросил на пол. Затем скинул ботинки и снял джинсы.