Испорченный... (СИ)

— Если я начну перечислять, мы тут до утра задержимся. — усмехнулся один из главных в ответ.

Это вызвало у Помпея ответную усмешку. Забавно. Значит, сдал его тот, кто слишком многое знает о нем. Маленький сученыш просто молодец. Когда-то Помпей опасался, что Нуб просто не сможет в нужный момент свергнуть его, споткнувшись об ненужные братские чувства. Но сегодня звереныш с легким сердцем сделал это своими руками.

Отброс малолетний.

Сидя в одиночной камере перед судом, Помпей чувствовал, как его кровь превращалась в черный яд, а пустота становилась глобальнее.

— Я нанял адвоката. Он лучший в своем деле. — Голод тут же в ближайший час выбил для него встречу, и теперь у них было несколько минут, чтобы пообщаться. — Но… Они получили информацию обо всем, что ты делал все эти годы. Максимум, что может сделать любой адвокат — выбить лучшие условия содержания. Для начала хотя бы это. После он начнет собирать материалы для апелляции…

— Стая уже в курсе? — перебил его Помпей, и Голод кивнул.

— Да. Они в ярости. Хотят порвать Нуба, — по голосу Голода было ясно, что и он сам этого хотел.

— Пока что не трогать его.

— Только не говори, что ты защищаешь этого мелкого уебка.

— Нет. Он сдохнет, но от моих рук.

— Помпей, стая была предана тебе и таковой осталась, но новость о том, что эта сука тебя сдала имеет свою цену. Среди стаи лютует ярость. Она может сделать их бесконтрольной. Все же ты должен понимать, что для всех них ты, как отец. Они готовы умереть за тебя и я не уверен, что сам смогу их утихомирить и заставить не трогать Нуба.

Помпей на это ничего не ответил. В последнее время он был слишком молчалив, но за созданной им тишиной скрывалось нечто куда более ужасающее, чем могло быть вложено в слова.

Вскоре пришел полицейский и увел Голода. Разговор пришлось прервать.

На следующий день был суд.

— … Приговаривается к пожизненному заключению. — послышались голос судьи и волна вздохов облегчения, пронесшуюся по залу. Помпей поднял глаза на мужчину за судейским столом, который на секунду запнулся, встретившись со взглядом альфы. Ему показалось, что этот человек, даже закованный в наручники, может вскрыть ему горло одними руками. Поэтому он постарался поскорее закончить, лишь бы вновь не испытывать ледяной холод от взгляда альфы: — У вас есть право подать апелляцию в течение месяца. Уведите его.

Помпея в сопровождении трех полицейских вывели из зала.

— Надо же, впервые это делаю. — с иронией произнес один из них, схватив за руку Помпея и поднося устройство к его чипу. Альфа с безразличием смотрел, как все три метки на экране загораются красным, а в информации появляется отметка “Опасен”. — А весело у вас тут. Не зря я перевелся.

— И что тебе тут нравится? — поинтересовался Помпей.