Испорченный

Абсолютно черного цвета с золотой отделкой здание являло собой произведение искусства. Роскошный внутренний декор ничуть не уступал фасаду. Мне не верилось, что теперь и я жила здесь.

– Вам на двадцать первый этаж, – уточнил мистер Паттерсон, остановившись у лифта и нажав кнопку вызова. – Оттуда открывается потрясающий вид. Вы останетесь довольны.

Сгорая от нетерпения, я сжала ремешок сумки, пересекавший мою грудь. Что может быть лучше – проснуться утром и увидеть огромный город, здания, достающие до небес, и миллионы людей, спешащих на работу, спешащих жить.

Из-за света, шума и постоянной суматохи кто-то терялся перед натиском крупных городов, я же не могла сдержать восторга перед возможностью стать частью чего-то большего. Подобная энергия восхищала меня.

Проверяя, не пропустила ли звонок матери, я снова взглянула на телефон. Я всегда о ней беспокоилась. И отчасти беспокоилась о себе, однако не позволила этим опасениям помешать моему отъезду из Тандер-Бэй сегодня утром.

После того как прошлым вечером мистер Фергюсон покинул мой дом, ничего не обнаружив ни внутри, ни вокруг на всей территории, я забралась в постель к маме и долго не сводила глаз с записки, оставленной в ящике с кинжалом.

Бойся гнева терпеливого человека.

Поисковик выдал мне ответ, что это цитата из Джона Драйдена. Я знала, что она означает. Терпеливые люди строят планы. Бойся человека, у которого есть план.

Но план чего? И кто стоял перед моим домом в масках? Могли ли это быть Всадники? Послали бы они мне кинжал?

Проснувшись утром, я проигнорировала язвительное сообщение Тревора, разозлившегося на меня из-за того, что я рано сбежала с вечеринки, после чего устроила допрос маме и Ирине, нашей домработнице. Обе ничего не знали ни о таинственном подарке, ни о том, кто его принес.

Послание не было подписано, никто понятия не имел, каким образом ящик попал в дом.

Я уловила тень беспокойства, мелькнувшую на мамином лице, поэтому спрятала записку и сделала вид, будто кинжал подарил Тревор, решивший устроить мне сюрприз. Мне не хотелось, чтобы она боялась за меня.

Однако боялась теперь я.

Кто-то пробрался в мой дом прямо у матери под носом.

Спеша отправиться в дорогу, я сунула узкий ящик с кинжалом в машину, не понимая, зачем взяла его с собой. Мне следовало оставить его дома.

Раздался тихий звон колокольчика. Я вошла в лифт следом за мистером Паттерсоном и увидела, как он нажал кнопку с номером 21, которая неожиданно оказалась последней на панели.

– Я думала, здесь двадцать два этажа, – поинтересовалась я, вставая рядом с комендантом.

– Да. – Он согласно кивнул. – Но на последнем этаже расположена всего одна резиденция. Ее хозяин пользуется приватным лифтом в противоположном конце лобби.

– Понятно.