Испорченный король

– Ты можешь работать из своего офиса, тетя, – предлагаю я.

– Чепуха. – Она притягивает меня к себе, так что я прислоняюсь к ее плечу. – Это девичник.

Проходит примерно полчаса, когда я спрашиваю:

– Тетя?

– Хмм? – Она смотрит на меня, затем снова в свой телефон.

– Мы раньше жили в Лондоне? Я имею в виду, мои родители и я?

Она медленно, слишком медленно поднимает голову от телефона.

– Нет. Ты родилась и выросла в Бирмингеме.

Это именно то, что я знаю. После того несчастного случая мои воспоминания были начисто стерты, но я помню Бирмингем. Медный воздух. Удушливую, серую атмосферу и запах озера.

– Почему ты думаешь, что жила в Лондоне? – тетя откладывает свой телефон и смотрит на меня с непроницаемым выражением.

– Неважно. Мне просто интересно, приходили ли мы к тебе в гости в то время?

– В то время мы с твоим дядей учились в Кембридже. Мы не жили в Лондоне, пока не открыли свой бизнес.

– Да. – Я неловко улыбаюсь. – Я просто напутала, это неважно.

Тетя поворачивается ко мне лицом. Его черты по-прежнему непроницаемы, но это пробуждает далекие воспоминания, когда она морщит нос и задает мне тот же вопрос, что и тогда, когда я очнулась в больнице.

– Ты что-то помнишь?

Я качаю головой.

– Ты хочешь, чтобы я позвонила доктору Хану?

Мой психиатр.

С тех пор как мне исполнилось семь, моя жизнь была скована двумя врачами. Кардиологом и психоаналитиком.

– Нет, тетя. Это пустяки.

– Ты же знаешь, что нормальные люди разговаривают с психиатрами, верно? Это приносит облегчение и полезно для здоровья. – Она смеется. – Черт, я рассказываю ему больше, чем тебе или Джексону.

– Я подумаю об этом.

Ложь.

Я бы предпочла больше не заходить в кабинет доктора Хана. Я не люблю, когда мой мозг зондируют.

Тетя игнорирует свой телефон до конца фильма. Как только мы заканчиваем, я решаю посвятить эту ночь просмотру своих учебных записей.

Переодеваясь в пижаму, я останавливаюсь, застегивая верх, и смотрю на засосы, которые Эйден оставил на моем теле.

В прошлом, всякий раз, когда я смотрела на шрам, у меня возникали навязчивые воспоминания об инциденте, когда я потеряла своих родителей.

Теперь их нет.

Воспоминания все еще преследуют меня, но они наполнены глубокими серыми глазами, вонзившимися в мою душу, когда он прокусил кожу и оставил свой след навязчивым, интимным способом."

"Я думаю, какой-то части тебя это нравится, но из-за того, что ты такая хорошая девочка, ты хочешь уничтожить эту часть.

Остальные пуговицы я застегиваю дрожащими руками. Я злюсь на себя, нет, я в ярости. Как, черт возьми, я запомнила его слова, не говоря уже о том, чтобы придать им вес?

Я имела в виду это раньше. Я не хотела его внимания, но с другой, проклятой, стороны, он привлекает мое.

Тот факт, что я начинаю думать о нем, выбивает меня из колеи.