Испорченный король

За ней следует вторая.

Затем третья.

Я шмыгаю носом, пытаясь сдержать слезы, как делала это с субботы.

Только на этот раз я не могу бороться.

Так что я даю им волю.

Я обещаю себе, что это последний раз, когда я плачу по Эйдену Кингу.

Глава 33

Остаток дня я пытаюсь притворяться, что Эйдена и Сильвер не существует.

Но знаете в чем фишка притворства? В том, чтобы нанести холодную маску снаружи и гореть изнутри.

Каждый раз, когда я вижу руку Сильвер, обвивающую Эйдена, у меня руки чешутся сломать ее. Мне хочется бить ее лицом об пол до тех пор, пока она не перестанет дышать.

Это еще одна пугающая мысль.

В последнее время у меня слишком много страшных мыслей. Наверное, я возвращаюсь назад. К чему? Я не знаю. Я не должна думать об этом. Это означало бы, что я признаю, что у меня было худшее душевное состояние, и я возвращаюсь к нему.

Мне действительно нужно увидеться с доктором Ханом.

На тяжелых ногах я направляюсь на поле. Я действительно не в настроении делить тренировочное пространство с Эйденом.

Я подумывала о том, чтобы уйти с занятий, но это означало бы, что я убегаю.

А после истерики в туалете я пообещала себе больше никогда не плакать и не убегать.

Мой взгляд падает на поле, где разминаются несколько игроков футбольной команды. Эйден стоит у боковой линии и разговаривает с Сильвер. Как будто он – мед, а она – пчела. Она не переставала висеть на его руке как паразит.

Но разве она паразит, если он продолжает ей так улыбаться?

Если он продолжает с ней флиртовать?

Он крушит все на своем пути с улыбкой на лице. Включая мое сердце.

Я хочу играть жестко, думать, что завтра я проснусь, а он останется в прошлом. Но я лишь обманываю саму себя.

Поэтому я прячусь в углу как трус и устраиваю вечеринку жалости к самой себе. У нас еще есть пятнадцать минут до тренировки. Я уже переоделась в свою спортивную одежду, но боюсь идти туда. У меня даже нет Ким, которая составила бы мне компанию.

К черту Эйдена и его куклу Барби. Я не убегу.

В тот момент, когда я выпрямляюсь, я замечаю тень, притаившуюся сзади. Я вздрагиваю, слегка задыхаясь.

Коул сидит под сливовым деревом и читает книгу Жан-Поля Сартра «Тошнота».

Мои щеки краснеют при мысли о том, что он видел, как я вела себя как трусиха последние пять минут.

Он одет в майку «Элиты» и шорты. Его волосы слегка влажные, как будто он держал их под краном.

Если не считать Эйдена, Коул всегда был самым загадочным. Он неразговорчивый. Я могу сосчитать по пальцам, сколько раз я слышала его голос. Обычно он слушает оживленные речи Ронана, а еще он самый взрослый из четырех всадников. Вероятно, именно поэтому он капитан «Элиты».

Коул никогда не проявлял ко мне злобы или интереса. Он просто существует так, как будто школа – это легкий ветерок в его жизни.