Исполненный долг

А именно ласки молодой, ненасытной супруги, у которой почему-то особая страсть проявлялась утром."

"Набросив на себя халат, он прошел в столовую. Достал из бара бутылку водки, единственную среди множества различных импортных напитков. Налил фужер. В два глотка проглотил спиртное. Присел на подушку мягкого уголка. Закурил. Водка, постепенно согревая желудок, успокаивала и нервы. Оболенский тряхнул головой. Почему вдруг родилась тревога? Как только он проснулся? Ведь, по большому счету, ничего неординарного не произошло. За исключением, пожалуй, случая взлома квартиры Москвитина. Но и там по общему заключению тоже ничего особенного не было. Ну, попытались домушники вскрыть хату майора, видимо, выследив, что она долгое время пустует. Взломали дверь и, каким-то образом поняв, что квартира на сигнализации, тут же скрылись. Ничьих следов внутри помещения офицеры Службы не обнаружили. Ни следов, ни отпечатков пальцев. Возник вопрос, как именно могли преступники обнаружить наличие сигнализации? Но подполковник Владимиров просветил. Оказывается, ее можно спокойно вычислить даже через обычный переносной радиоприемник или сотовый телефон. А домушники, видно, действовали опытные, не пацаны. Замки ловко срубили.

И все вроде прояснилось, встало на свои места. И уезжал вчера от дома Москита генерал спокойным. А потом настроение еще улучшилось после звонка Остапова, который подтвердил факт вылета борта с грузом 21 июня в 10.00! И то, что груз стоит в ангаре цел и невредим, под надежной охраной караула аэродрома. Джура сообщил о выходе к плато у Черного камня всех его боевых отрядов. То есть то, что на данный момент являлось главным для генерала, шло точно по плану. Без каких-либо даже мелких сбоев! И домой он вернулся в отличном расположении духа.

Генерал налил еще водки. Выпил, закусив долькой шоколада, вновь закурил. Вот сейчас он стал абсолютно спокоен. Голова прояснилась. И чего он сорвался на свою кошку? Все нервы! Но ничего, скоро все изменится. Не забыть сегодня связаться с начальником штаба отряда спецназа подполковником Ивановым, узнать, что слышно о проклятом Моските и его заложнике Лопыреве. Возможно, Лопырь выходил на связь. Хотя в этом случае Иванов должен был сам вызвать генерала. Но, с другой стороны, не имея возможности остаться в безопасном одиночестве, на связь подполковник выйти не мог. Это ему было категорически запрещено. Ладно, служебными делами будет заниматься на службе, а сейчас надо успокоить жену.

Так же рано поднялся и Москвитин, но Оксаны рядом не обнаружил, хотя постель еще хранила тепло ее тела. Майор встал, надел джинсы и тапочки, прошел на кухню. Женщина в прозрачном пеньюаре сидела за столом, задумчиво глядя в окно.

Она слышала, как вошел Андрей, но не повернулась к нему.