Над всей Испанией безоблачное небо (СИ)

И более того — гражданская и штурмовая гвардия, видя сложившуюся обстановку, и получив от правительства Хираля категорический приказ, в большей своей части сразу же выступили на подавление мятежа. Изменили присяге или дезертировали где-то один из десяти гвардейцев — ничтожно малая величина в сравнении с третью армии. Авиация и флот в полном составе поддержали Республику — доля перебежчиков там была на уровне бенемеритос или асальтос, с большей частью офицеров.

Потому ход пронунсиаменто пошел совсем иначе, не достигнув в первые часы нужного заговорщикам результата — выступления в Андалузии были подавлены народом сразу, очагам мятежа не дали время «разгореться». Генерал Кейпо де Льяно так и не получит теперь заслуженное им прозвище «севильского мясника», за массовые убийства республиканцев. Бывший генеральный инспектор корпуса карабинеров не смог удержать за собой столицу провинции хотя бы на сутки, и провести там расстрелы сторонников правительства. Наоборот — его выступление подавили в самом начале, а генерала после скорого и справедливого суда в Мадриде повесили, как и многих заговорщиков, изменивших присяге. Среди казненных было много фалангистов из местных помещиков, а потому латифундии конфисковали и землю распределили среди вчерашних батраков, осуществив их вековые чаяния. Так что сейчас вся Андалузия для сторонников генералов Санхурхо и Франко представляет смертельную опасность — фактически все многомиллионное население считается яростными защитниками Республики.

Вторым главным фактором можно считать удержание Галисии, где мятежникам не удалось захватить стоявшие на ремонте в Эль-Ферроле корабли — линкор, два тяжелых и легкий крейсера, эсминец. А ведь кроме них, заговорщикам досталась сама главная база ВМС с верфями, заводами и всеми флотскими запасами, с достраиваемыми минными заградителями. Республика к тому же удержала за собой жизненно важные Балеарские острова. Теперь на них итальянцы не смогут расположить свои авиационные базы и терзать бомбардировками прибрежную часть Леванта."

"Территория четырех внутренних провинций удерживалась мятежниками, над которыми принял командование генерал Санхурхо — парадокс в том, что «хефе» не разбился в авиакатастрофе, а вполне энергичен и деятелен. Вот только территория, захваченная в первые дни мятежа, не только не расширялась, наоборот, стала сокращаться, подобно шангреневой коже. И это имело объяснение — Африканская армия, ударная сила мятежа, оставалась в Марокко, не имея возможности перебраться на континент.