Над всей Испанией безоблачное небо (СИ)

Эти зловещие события стали началом неизбежного конца «демократической» Испании как таковой — устраивать между потенциальными союзниками внутреннюю конфронтацию, когда повсеместно происходит ожесточенная гражданская война, занятие гибельное и бесперспективное, которое только ускорило падение республики 'Народного Фронта!

— Всего один день, и ситуация не превратилась в гибельную. И потребовалось двадцать часов, которые были тогда бездарно упущены, и «центристы» сами потеряли власть!

Асарола встряхнул головой, вспоминая минувшие 17–18 июля события. Премьер-министр Касарес Кирога сделал все, чтобы за столь короткое время погубить Республику, хотя, несомненно, желал ей блага. Но как интеллигент, в решающие часы натворил такого, что лучше бы вообще ничего не делал. Он запретил выдавать оружие милисианос, хотя знал, что мятеж неизбежен, и не стал принимать превентивные меры, такие как разоружение воинских частей. А ведь народ мог 17 июля подняться, и тогда бы все было бы решено в самом начале. Даже 18 июля победа над мятежниками была более чем возможна — в Андалузии их положение оказалось шатким.

Однако Кирога не только не выдал оружие, он грозил расстрелом каждому губернатору и лояльному офицеру, которые осмеливались это сделать, когда на улицах уже закипели бои. Хуже того — он распустил армию, посчитав ее ненадежной. Нужно являться откровенным безумцем, или много возомнившим о собственной гениальности интеллигентом (общее по факту), чтобы совершить форменное самоубийство собственной власти. Сухопутную армию ничего не умевшие милисианос не заменили, и ее потом пришлось создавать с нуля по политическому принципу принадлежности. Каждые партии начали формировать собственные бригады и дивизии, немногие профессиональные офицеры, сохранившие лояльность правительству были либо отчислены, не найдя себе места, или запуганы до такой степени, что стали бездельниками или саботажниками.

Хватало среди них и эмигрантов, и тех, кто дождавшись случая, переметнулся на сторону Франко. Да один факт говорит сам — правительством Республики были недовольны десятки тысяч бойцов. Наглядный пример — около ста тысяч милисианос, попавших в плен после капитуляции Северного фронта, охотно и храбро воевали на стороне франкистов против своих бывших товарищей…

Бургос

— Мне уже кажется, генерал, что правительство в Мадриде воспользовалось нашим выступлением, чтобы расправиться с противниками, как справа, так и слева. И полностью утвердить свою власть!

Командующий «национальной армией» генерал Санхурхо последние дни пребывал в полной растерянности, и «Директор» прекрасно хорошо видел.