Искусство управлять людьми

Папа, известный физик-ядерщик, на подобные мамины эскапады цитировал любимого Эйнштейна, что-де: «Если беспорядок на столе означает беспорядок в голове, то что же тогда означает пустой стол?» — и тем самым отвоевывал право на творческий хаос. Но что позволено Юпитеру, не позволено быку. Эту мысль Маше тоже внушали с детства. Пока она предавалась ностальгии, Женька с женой невесомо и в четыре руки вынули и распечатали ребенка, после чего вернули в безопасную переноску, которую разместили на кровати.

— Ну что, идем праздновать? — утешающее подмигнул Женька.

За столом все расселись как положено — по парам.

Папуля поднял бокал за восхитительную, очаровательную, безупречную, самую лучшую женщину на Земле, доброго ей здоровья, после чего начался неспешный застольный разговор. Папа всегда был душой компании, особенно это было заметно на его днях рождения, которые справлялись всей лабораторией: с песнями, шутливыми поздравлениями, смешными газетами. Даже мама, которую отец называл «моя Снежная Королева», таяла рядом с ним. Именно на нем и держалась беседа. У Женьки папа спросил, как самочувствие внучки, после чего поинтересовался у Залесского, когда они собираются порадовать старика?

— Какого старика? — удивился Валерка.

— Разве мы тебя не радуем? — поддержала его Маша, и тема затухла. Ей на смену пришли обсуждения более насущных проблем: как правильно распределить бюджет страны, например, и что дальше делать с федеральными реформами в науке (мнение папы), экономике (мнение Валеры), образовании (мнение мамы) и здравоохранении — тут слово передали Лизе.

— А что вы хотите, если медицина у нас бесплатная? — пожала та плечами. — Какие средствА, такая и медицина.

— СрЕдства, — флегматично поправила ее мама.

— СрЕдства — это когда они есть, а у нас средствА, — отмахнулась Лиза, — дороги и дураки. Дураки лидируют по очкам.

— Понять, что народ глуп — этим не стоит гордиться. Вот понять, что мы и есть народ — этим стоит гордиться, — процитировал бессмертного Акутагаву Женька.

— Твоя самокритичность делает тебе честь, — хмыкнула невестка, и они со Змеем снова заулыбались, будто у этой шпильки был какой-то третий смысл.

— А почему вы не уходите в платную медицину? — не удержался от вопроса Залесский.

— Кто же тогда будет в больнице работать? — удивилась Лиза. — Я и так тут разрываюсь между материнским долгом и профессиональным. Жду, когда Наська подрастет…

— И тогда мы пацана родим, — закончил Женька.

— Ладно, рожай. Не возражаю, — согласилась его половина.

— Лизет, ты же понимаешь: дом, дерево, сын. Программа минимум.

— Эка тебя пробрало, — улыбнулся отец.

— Ему просто нравится, что ужин греть не нужно, — пояснила Лиза, и змейская семейка опять обменялась загадочными взглядами.