Искусство мести: как приручить чудовище

С тяжелым сердцем, продолжая убеждать себя в правильности этого решения, я распорядился, чтобы воины готовились к выезду и уже через час мы широкими стройными рядами шагали по землям, не так давно принадлежавшим Андресу Вильде.

Отряды уверенно шли вперед. Я Аластир, Хезар и Даника были первыми, Лиам и Гвен возглавляли строй воинов Рахман, а Элазар с Доусеном, младшим братом, распоряжались своими солдатами.

В душе царило смятение и, видимо, любимая это чувствовала, именно поэтому протянула ко мне руку, ласково погладив по плечу.

– Все будет хорошо, – улыбнулась она.

– Знаю, – соврал я, чувствуя усталость.

Меня одолевали тревоги, рана воспалилась еще сильнее, тем самым начиная беспокоить. Кажется, даже поднялась температура. Но разве это сейчас было важно? Мне нужны силы, чтобы защитить Данику. Я должен найти их в себе, даже если это последнее, что я сделаю!

По обеим сторонам от широкой дороги, по которой мы шли, стояли люди. Они смотрели на наши отряды. На лицах одних отражалась тревога, другие испытывали надежду, третьи восторженно наблюдали за маршем воинов.

Люди устали от гнета хозяина этого двора, устали от тирании короля, но и меня они боялись. Что было не удивительно. В глазах жителей земель Вильде я представал северным чудовищем, но выбора у них не было. Приходилось мириться с меньшим злом.

– Амелия! – услышал испуганный женский крик, за мгновение до того, как взгляд уловил девчушку, выскочившую на дорогу, прямо перед копытами лошадей.

Быстро схватив за поводья, натянул их на себя и, подняв руку, закричал во все горло.

– Стоять!

Ребенок сжался от испуга, оцепенело замирая в паре метров от коня.

Стражи тут же остановились.

– О боги! – часто задышала Даника, спрыгивая с лошади прежде, чем до девочки добежала рыдающая мать, пробирающаяся через толпу зевак. – Ты как здесь оказалась? Подхватила она ребенка, которому было не более четырех лет отроду.

Белокурые волосы, заплетенные в маленькие хвостики напоминали пушок птенца, а огромные голубые глаза сверкали наивностью и доверием.

Девочка прижалась к уху жены и что-то ей зашептала. По мере того, как слова обретали смысл, на лице моей благоверной отражалось удивление.

Сначала я думал остаться в стороне и не пугать ребенка, но, увидев осторожный кивок, приблизился.

– Амелия! Амелия! Боги! – выскочила на дорогу заплаканная мать девочки. – Леди Карден, прошу прощения… Лорд Карден… я… она вырвалась и… простите! Ради всего святого! Не наказывайте… она лишь ребенок.

– Мне кажется, вашей малышке есть что сказать, – прервал я тираду перепуганной женщины, которой вдруг подумалось, что кто-то из нас способен навредить этой кнопке.

“Или же на такое был способен Вильде?” – тут же возникла мысль.