Искусное соблазнение

Нейтан предпочел бы иметь дело с Бойдом, но, по словам Меллори, тот пролежал бы плашмя половину плавания из-за морской болезни. Джеймс и трое Андерсонов исправно выполняли свои обязанности на судне, хотя Нейтану случалось наблюдать, как все они, забывшись, отдавали приказы другим матросам или порывались это сделать. Тому, кто пробыл капитаном большую часть жизни, не так-то легко избавиться от привычки командовать.

В первое утро в море Джудит застлала Нейтану кровать, смахнула пыль с письменного стола, подмела полы и принесла завтрак, не сказав за все время ни слова. Она не пыталась мстить Нейтану за то, что тот заставил ее прислуживать, не стала допытываться, зачем он это сделал, и ничем не показала, что обижена или возмущена. Джудит больше походила на мученицу, готовую на любые жертвы ради спасения кузины. Казалось, она была даже благодарна Нейтану за помощь. Но Нейтан не нуждался в ее благодарности. Хотя он умело сдерживал свои чувства, его переполнял гнев. И больше всего он злился на Джудит.

Нейтан доверился ей. Вот почему он никак не мог избавиться от жгучей, иссушающей ярости. Он никогда прежде не раскрывал перед кем-то душу и вдруг разоткровенничался, хотя чутье подсказывало ему, что следует быть настороже. Из-за этой женщины он даже стал иначе смотреть на аристократов. Вообразил, будто не все они бессердечные снобы вроде родни его зятя, мужа Энджи. Но в конечном счете он убедился, что был прав с самого начала: никому из них нельзя верить."

"Корки уступил Джудит свою каюту. Последнюю из трех кают «Жемчужины» заняли братья Андерсон. Нейтан понятия не имел, где проводит ночи Джеймс, но не удивился бы, узнав, что тот спит в коридоре перед дверью племянницы или даже на полу в ее каюте. Нейтан пообещал, что не прикоснется к девушке, и держал слово, однако Джеймс позаботился, чтобы он не нарушил клятву.

Меллори стучал, перед тем как войти в капитанскую каюту, лишь зная наверняка, что Джудит там нет. Когда же девушка оставалась наедине с Нейтаном, Джеймс врывался без стука. Неожиданно. Бесшумно. Не давая себе труда притвориться, будто это вышло случайно, и даже не ища благовидного предлога! Он не скрывал своих намерений, считая излишним пускаться в объяснения. Эти выходки раздражали Нейтана, однако ему хватало ума оставлять их без внимания. Он хорошо знал, что переступил черту дозволенного, выдвинув свои условия. Он поддался безумному порыву, и можно было не сомневаться: Джеймс заставит его расплатиться сполна, как только получит назад дочь.

«Напрасно я вернулся в Бриджпорт», – с горькой иронией подумал Нейтан. Он мог бы набрать матросов в любом из множества городов, рассыпанных по побережью пролива.