Искушённый

- И не ела ничего…

- Волновалась…

- Хм… - не нашелся с ответом Сергей, а потому перевел тему, - как тебе эта гостиница?

- Все хорошо. Все вообще и-де-аль-но.

Могло бы быть. Если бы не эта чертова неизвестность, которая измотала душу.

- А не ела тогда почему? – спросил Сергей, заходя ей за спину, чтобы размять застывшие плечи.

- Тебе сюрприз готовила… - шепнула, поворачивая голову в профиль.

- Это какой же? – удивился Сергей.

- Ну… Знаешь ли, я девушка, воспитанная в строгих традициях… А в брачную ночь, знаешь ли… девушки, воспитанные в строгих традициях, обычно лишаются невинности…

- И… - его руки сжались у нее на животе. Дыхание опалило щеку. – Что ты хочешь этим сказать?

- Что не стоит нарушать традиции…

Ладонь Лейлы легла поверх руки генерала и сдвинула ту чуть ниже. Провела по животу, где все болезненно сжалось, бедру, попке. Чуть сместилась, отвела корпус, опираясь о подоконник широко расставленными руками. Прогнула спину. Он понял, что ему предлагают. Зажмурился, сминая ладонями ее ягодицы, касаясь пальцами… пробки.

- Она все это время находилась в тебе?

- Да…

- Ты уверена, что готова?

- Да… эта пробка самая большая из всех. Я подготовилась… и сумела с ней справиться.

Матерь божья. Кажется, он не дышал все это время. Не дышал… Руки подхватили ткань, задрали подол, оголяя… Стаскивая тонкие прозрачные трусики. Сглотнул. Потянул пробку на себя, но та не поддавалась, прочно удерживаемая мышцами.

- Пойдем в кровать. Там будет удобнее, – сквозь зубы процедил генерал, стаскивая с Лейлы платье, щелкая пряжкой ремня…

Лейла подошла к постели и нерешительно замерла."

"- Становись на четвереньки. Голову опусти.

Кажется, в ее теле звенел каждый нерв. Мышцы бедер дрожали.

- Ноги шире. Спину прогни…

Сергей провел ладонями по нежной коже, на которой кое-где еще виднелись следы его порки. Сожалея о том, через что им пришлось пройти, генерал прошелся по каждому синяку, каждой ссадине, целуя и зализывая их языком, но в конце животные инстинкты взяли верх, и он принялся покусывать ее кожу. Лейла жадно хватала воздух и легонько постанывала. Хорошо… Поигрывая пробкой, Сергей отстранился. С силой потянул, осторожно ее извлекая, и снова просунул внутрь, поигрывая пальцами второй руки с ее возбужденным клитором. Отвлекая от возможного дискомфорта и боли.

Он чувствовал что-то невероятное в этот момент. Что-то страшное. Лютую жажду, которую хотел утолить, во что бы то ни стало. Сохранять контроль становилось все труднее. Свет мерк перед глазами. Из них рвалась тьма. Резко потянув за кольцо, Сергей все же вытащил пробку. Отбросил в сторону, наблюдая, как жадно сокращается ее потревоженная плоть. Блестящая от смазки. Манящая… Он зажал собственный окаменевший член в кулак и потихоньку толкнулся внутрь.