Искушенные обманом

Но где-то ранним утром я почувствовала, как Адриан вытирает меня между ног теплой тряпкой. Одного этого ощущения было достаточно, чтобы заставить меня застонать в абсолютном блаженстве.

После того, как я проснулась, меня завернули в чистое одеяло, а то, что было испачкано доказательствами нашей сексуальной активности, лежало в стиральной машине.

Завтрак я нашла на тумбочке. Кофе без сахара, мой тост без соли с био-сыром и яблоко. Были также обезболивающие с бутылкой воды.

Интересно, откуда он знает, что я ем на завтрак, но это было нетрудно выяснить, поскольку это все, что у меня есть на кухне.

Несмотря на желание расспросить его, я была странно тронута тем, что он принес мне завтрак в постель. Никто никогда не делал этого для меня прежде, к тому же в моем собственном доме.

Но факт остается фактом: он исчез.

От него и его одежды не осталось и следа. Если бы не нежная боль между ног и его красные отпечатки ладоней на моей заднице, я бы с самого начала заподозрила, что его здесь никогда не было. Что все, что случилось прошлой ночью, было еще одним жестоким наказанием, созданным в моей голове.

Но он был здесь. Я все еще чувствую его безжалостные толчки и дикие прикосновения, которые потом странно превратились в заботу. Мои соски все еще болят от того, как он кусал, ласкал и крутил их. Моя задница все еще горит от того, как он шлепал меня, трахал, как будто зная, насколько это сводит меня с ума.

Но после того, как он истощил мое тело до изнеможения, он ушел.

Снова.

Мы даже не поговорили, как все нормальные люди, после того как он объявил, что никогда со мной не расстанется.

Он просто использовал меня и ушел.

Тем не менее, считается ли это использованием, если я наслаждалась каждой секундой этого? Если я прикоснусь к мыслям о нем во сне?

Боже. Может быть, я сломлена безвозвратно за то, что мне это нравится, за то, что я наслаждаюсь его грубым обращением и непримиримым трахом, когда я ненавижу этого человека. Я должна быть рада, что он исчез, а не разочарована.

Во время сегодняшней репетиции я старалась отвлечься от мыслей об Адриане Волкове.

Филипп и Стефани наговорили мне, что вчера вечером я уехала без предупреждения. Яц извинилась, но не могла же я рассказать им, что на самом деле произошло, или что у меня, возможно, был лучший секс в моей жизни только ради того, чтобы проснуться в пустой квартире.

И нет, я все еще не огорчена из-за этого.

Но одна вещь изменилась – или один человек. Райан.

Начиная с сегодняшнего утра, он не пытался прикоснуться ко мне вне репетиции. Он также не слишком долго смотрел мне в глаза, как будто боялся того, что я – или кто-то другой – сделаю с ним.

По крайней мере, он выучил свой урок и будет держаться на расстоянии, на котором должен был быть давным-давно.

– Лия.