Мое искушение

Замечаю, как Яна осторожно вытаскивает руку из хватки «жениха» и поднимает на меня глаза. Смотрит пристально, чуть хмуря брови. И еле заметно качает головой. Пытается успокоить? Вряд ли сейчас это возможно. А тетя Оля вдруг произносит то, что меня окончательно взрывает:

— Наташенька, Илюша, я вам так благодарна, что приютили нас с Яночкой. Помогли продержаться это ужасное время. Ромочку выпустили, и мы больше не будем вас стеснять. Вернемся сегодня домой. Спасибо, мои дорогие!

Она обнимается с сестрой. Ромка громко благодарит меня и мать. А я чувствую, как гнется вилка в моих руках. Сердце нервно долбится в груди. Возникающие перед глазами картинки вызывают жгучую ярость. Яна же уедет вместе с ними. Они снова будут жить в одной комнате. Спать в одной кровати… Не представляю, как это пережить.

— Не стоит торопиться. Оставайтесь здесь все вместе, — предлагаю, всеми силами удерживая на лице нейтральное выражение. Из-за сдерживаемых эмоций голос звучит непривычно глухо.

— Спасибо, Илюшенька. Но мы поедем, — качает тетя головой. — Я уже по дому соскучилась. А у Ромы там все вещи. Ему надо отмыться от казенного запаха. Переодеться. Да и сколько можно пользоваться вашим гостеприимством? Пора и честь знать.

Все поднимаются из-за стола. Мать с сестрой идут в свою комнату собираться. Яна за тем же направляется к себе. Ромка с улыбкой приобнимает ее и сообщает:

— Янчик, я подожду вас в саду. Соскучился за свежим воздухом."

"Она лишь кивает и уходит. Дождавшись, когда брат выйдет на улицу, вихрем взлетаю по лестнице и без стука врываюсь в ее комнату. Яна оборачивается и, видя мое лицо, роняет на пол вещи, что укладывала в сумку. В пару шагов приближаюсь к ней, сжимаю в объятиях. И только теперь, когда чувствую ее в своих руках, вдыхаю обожаемый запах, сердце немного успокаивается.

— Оставайся, — глухо бормочу в ее волосы. — Не уезжай с ним…

— Илья, я не могу, — вздыхает Яна. — Как ты себе это представляешь? К тому же нам с Ромой надо поговорить. У меня накопилось очень много вопросов.

— А о нас? Ты расскажешь ему о нас? — задаю мучающий меня вопрос.

— Нет. Скорее всего, нет, — отвечает она. И мои руки судорожно сжимаются вокруг ее тела. — Над ним все еще висит дело. Он только вышел из камеры. И сразу вывалить такие новости?

— И что? Ляжете вместе в кровать? Отпразднуете возвращение? — выдавливаю язвительно, корчась внутри от агонии. Яна бледнеет и отшатывается от меня. Ненавижу себя за то, что причиняю ей боль. Я готов отдать за нее всю свою кровь. Но безумная ревность сжигает изнутри, заставляя говорить отвратительные слова.

— Пожалуйста, держи себя в руках, — холодно произносит моя девочка, поджимая губы и глядя в сторону. — Я понимаю, что тебе трудно. Но ты должен хоть немного мне доверять.