Искушение для опера под прикрытием

Болезненная гримаса искажает его лицо, и хриплый стон вырывается из горла.

Макс подводит его к дивану в гостиной и осторожно усаживает.

– Сколько крови, – зажимаю рот, чтобы не закричать, глядя на стремительно расползающееся пятно на когда-то белоснежной рубашке. – Нужно же срочно в больницу. Скорую вызвать, – разворачиваюсь, чтобы найти телефон.

– Нет. – Михаил рявкает так, что я вздрагиваю и застываю на месте. – Ничего не нужно, – добавляет тише и снова морщится. Зрелище не для слабонервных.

– Макс, – умоляюще смотрю на охранника, ища поддержки. Но тот лишь качает головой, не собираясь мне помогать. Мое мнение, как и всегда, не учитывается.

– Все не так серьезно, – улыбается одними уголками губ. – Просто выглядит страшно. Неси теплую воду, бинты, антисептик…

– Где все это взять? – растерянно смотрю на него. Даже не представляю, где все это у нас хранится. Обычно всем заведует прислуга, но сегодня, как специально, у всех выходной. Видимо, Михаил заранее подготовился. Знал, что может такое случиться.

– Макс, – хмурится Михаил и качает головой, отменяя его решение.

Максим кивает и поворачивается ко мне.

– Посиди с ним, я сейчас сам все принесу, – уходит, оставляя нас одних.

Закусываю губу и присаживаюсь на краешек дивана рядом с Михаилом. Меня всю колотит от происходящего. Никогда не видела столько крови. Откровенно страшно, до трясучки. Вздрагиваю всем телом, когда холодная ладонь мужа падает на мою руку.

– Маленькая моя, – тихо хрипит он и прикрывает глаза. – Испугал я тебя, да?

Судорожно вздыхаю и не нахожусь с ответом. Да и что говорить, все и так понятно. Я просто в ужасе. Мир криминала совсем не для меня.

– Прости. Так получилось, – нежно скользит пальцами по коже, а я борюсь с желанием скинуть их с себя.

– Кто это сделал? – дрожащим голосом спрашиваю я.

– Это неважно. – Михаил слабо улыбается, но глаз не открывает. – Я его скоро найду, а пока этого не случится, приставлю к тебе личную охрану.

– Зачем? – недоуменно смотрю на него. Это еще что за бред? Мало того, что я в тюрьме, так еще и с личным надзирателем?

– Ты моя главная драгоценность, – притягивает мою руку к себе и мягко целует ладонь.

– Но я же не выхожу за территорию.

– Я знаю, но подозреваю, что крыса в моем окружении. – Еще несколько сухих поцелуев впечатываются в мою кожу. – Поэтому придется потерпеть, пока я ее выслежу.

– Хорошо. Как скажешь, только давай в больницу, – прошу я. Спорить все равно бесполезно. Он уже все решил, и мое мнение его совершенно не интересует.

– Не нужно. Рана неглубокая, просто крови много. Я уже позвонил своему врачу, он скоро приедет и подлатает меня.

– Уверен? – напряженно смотрю на его белое лицо и кусаю губы.