Искушение для опера под прикрытием

От неудовлетворенности мерещится уже всякое, надо вечером подцепить какую-нибудь красотку и снять напряжение. Если доживу, конечно…

Шумно выдыхаю и подъезжаю к воротам. Створки разъезжаются в разные стороны, пропуская меня внутрь. Останавливаюсь на парковке и выхожу на улицу. Навстречу идет Макс. Пожимаем руки в знак приветствия.

– Насколько все плохо? – негромко спрашиваю у него.

– Не критично, – подбадривает и ведет к входу в дом.

Облегченно выдыхаю, если бы хотели убить, загрузили бы в багажник. Пока поднимаемся на второй этаж, я окончательно успокаиваюсь и снова чувствую уверенность в себе.

– Здесь жди. – Макс останавливает меня перед входом на террасу и один проходит внутрь. Нервно осматриваясь, невольно ища Алену, и прислушиваюсь к их разговору.

– Михаил Алексеевич, Егор приехал.

– Надо же, не испугался. Ну зови.

Усмехаюсь. Да, конечно, не испугался. Выбора просто нет, вот и все. Макс выходит и жестом приглашает меня войти. Выдыхаю и решительно захожу внутрь. Рыков с бокалом стоит около невысокого бордюра и смотрит вдаль.

– Добрый день, – приветствую его напряженную спину.

– Алена – моя жена, – разворачивается, стреляя в меня убийственным взглядом. – И ты очень сильно ее разозлил."

"– И то, и другое я уже понял, – сухо констатирую, с готовностью выдерживая его натиск. Не считаю, что поступил неправильно. Моя совесть чиста.

– Нихрена ты не понял, – рявкает он, швыряет бокал в сторону и подлетает ко мне. Хватает меня за грудки и встряхивает, как тряпичную куклу. – Никто не имеет права огорчать мою жену, кроме меня, – цедит сквозь зубы и небрежно отталкивает. – А она расстроена и виноват в этом ты, Егор, – тычет в грудь морщинистым пальцем.

– Я так не думаю, – говорю очень спокойно и с каким-то извращенным удовольствием наблюдаю за тем, как его выкручивает от эмоций.

– Заткнись, – орет Михаил и буквально трясется от ярости. – Я плачу тебе деньги, чтобы ты выполнял свою работу, а не высказывал свое мнение. Ты понял меня?

– Я другого не понимаю: я был честен с вами, выполняя свою работу, вы же не посчитали нужным, сообщить, что это ваша жена.

– Я предупреждал тебя, чтобы с нее не упал ни один волос. – Его грудь тяжело вздымается, а глаза наливаются кровью. – Предупреждал тебя!

– И ни один волос не упал с ее головы, – равнодушно пожимаю плечами. Я сделал все, что было в моих силах, и упрекнуть мне себя не в чем.

– Алена так не считает.

– Откуда вы знаете, что она считает? – криво ухмыляюсь и вспоминаю нашу встречу. Ее потерянный взгляд, который она пыталась спрятать за пьяной агрессией. Не такая она. Не стала бы ему жаловаться, а значит, Рыков блефует.

– Она моя жена, Егор, и у нас замечательные отношения.

Внутренности скручиваются тугим узлом, а дыхание застывает в горле.