Цена искупления

Майя держала Ренату за руку, гладя по лбу, шепча ободряющие слова.

— Ты справишься. Всё будет хорошо. Я рядом. Он скоро появится. Ты только дыши, дыши со мной.

Рената кивала, но слёзы катились по щекам. Ее трясло. В голове крутилась одна мысль, только бы с малышом все было хорошо.

— Макс.... он же раньше времени.... — прошептала она. — Это плохо, да?

— Нормально. Не критично. Всё будет хорошо, слышишь? У него сильная мама. Он справится. Вы оба справитесь, — твердо сказал Макс, щедро делясь уверенностью.

Ещё одна схватка. Мир померк. Рената закричала. И через несколько мгновений воздух разрезал тонкий, но громкий детский крик.

Малыш.

Плач ребёнка был словно чудо. Рената замерла, едва успевая поверить в то, что это действительно произошло.

— Есть! — выдохнул Макс. — Парень! Живой. Маленький, но дышит сам!

Он аккуратно завернул малыша в пеленку, прижал к груди и осторожно подал Ренате. Она взяла его на руки, дрожащими пальцами, прижимая к себе, и плакала от счастья и ужаса вперемешку.

В этот момент дверь фургона с грохотом распахнулась. На пороге стоял Степан. Он влетел внутрь, но остановился на полуслове, увидев их. Макса. Майю. Ренату. И малыша на её груди.

Он осел на ступеньку, будто из него вынули все напряжение.

— Всё хорошо.... — прошептала Рената и слабо улыбнулась. — Он уже с нами.

Глаза Степана наполнились слезами. Он не смог даже слово сказать. Только кивнул и провел рукой по лицу.

Снаружи уже слышались сирены. Подоспели скорая и полиция. Как всегда вовремя.

Макс аккуратно передал малыша врачу. Взял Ренату под локоть:

— Давай, теперь к специалистам. Все остальное они доведут до конца. Ты была молодцом.

— Спасибо, — Рената посмотрела на него и кивнула, всё ещё не до конца веря в случившееся.

На улице Степан уже передавал Рушану Артура и его людей. Лицо было каменным, руки сжаты в кулаки, взгляд твердый.

— Они ваши. Делайте с ними, что хотите. Но чтоб они больше к моей семье не совались.

Рушан кивнул, не задавая вопросов. Все было ясно без слов.

— Спасибо, — Степан протянул Максу ладонь. — За сына и жену. Если бы не ты….

— Это моя работа, — хмыкнул тот, но всё же пожал руку. — Обращайся, если что.

— Буду иметь в виду, — усмехнулся Степа и хлопнул сослуживца по плечу. — Должен буду.

— Я запомню, — Макс расплылся в усталой улыбке.

Степан вернулся к карете скорой и залез внутрь. Взял жену за руку, посмотрел на крошечного сына, что уже лежал на её груди.

— Поехали вместе. Я не отойду от вас ни на шаг.

Сел рядом. Держал руку Ренаты, пока карета с мигалками и сопровождением мчалась в сторону роддома.

Глава 38"

"Палата была наполнена приглушенным светом и особенной тишиной, той, что бывает только в роддоме. Тишиной, в которой каждый вдох звучит особенно, потому что рядом начинается новая жизнь.