Искупление вины

– Проходи!

– Лев Федорович, я к вам вот по какому поводу…

– Пришел утвержденный текст радиограммы, в ближайшую радиосвязь передадите его в эфир, – перебил капитана Волостнов и передал ему конверт.

Елисеев взял утвержденную радиограмму, но уходить не торопился.

– Лев Федорович…

– Ну, что еще у тебя? – стараясь скрыть раздражение, спросил Волостнов.

– Помните, десять дней назад я вам подавал рапорт о переводе на фронт.

– Помню, конечно. Прекрасно помню! Кроме тебя еще три сотрудника подали. И все на фронт стремятся! А я, по-твоему, один здесь должен работать? Один этих гадов вылавливать буду, так, что ли?

– Вовсе нет, товарищ майор, – не сдавался Елисеев. – В Управлении достаточно профессионалов, а потом, приходит молодежь, и она…

Майор осуждающе покачал головой: похоже, что парня крепко припекло.

– Молодежь, говоришь, только эту молодежь сначала поднатаскать нужно, ждать, когда она подрастет и сумеет в курс дела войти. А для нас время – непозволительная роскошь! Нам сейчас нужно бить фашистов, а не завтра. – Неожиданно для самого себя Волостнов разволновался. Поднявшись из-за стола, прошелся по комнате и продолжил: – Ты посмотри на карту… Видишь, что на фронте делается. Немцы могут занять Ростов, и тогда танковыми колоннами выйдут на Кавказ. А там топливо для их техники! И останавливаться на Кавказе они не намерены. Зальют свои баки соляркой и дальше попрут! – Он глубоко вздохнул и тихо добавил: – Сам бы пошел на фронт… Но нельзя! Здесь тоже кто-то должен работать.

– Все это я понимаю, Лев Федорович, но как-то совестно мне в тылу отсиживаться. В городе и мужиков-то не осталось, одни женщины, да калеки… На нас как-то косо стали посматривать. Зашел тут вчера вечером в магазин, а одна женщина прямо мне в лицо и говорит: «Ты вот здесь водку берешь, а мой сын еще в сорок первом погиб!» Так я после этих слов развернулся и из магазина вышел, – в отчаянии произнес Елисеев.

– Ты не обижайся на эту женщину. Горе сейчас повсюду. Почти каждая семья потеряла близких, – покачал головой майор.

– Совесть меня гложет! – невольно воскликнул Елисеев. – Все мои друзья сейчас на фронте, родину с оружием в руках защищают, а я здесь, в тылу!"

"– Ты это брось! Каждому из нас хочется не просто сидеть в теплом кабинете, а воевать на фронте с оружием в руках. Наверняка думаешь о том, что придут с фронта твои товарищи и на тебя будут смотреть, как на «тыловую крысу»… Наверняка встретятся и такие, которые скажут: «Я на фронте воевал, ранение получил, а ты в тылу отсиживался, когда мы фашистов били».