Искупление. Часть вторая

Даже перед свадьбой с Ру я так не волновалась, хоть и была на виду у всей столицы. А сейчас меня била дрожь от одного осознания — у меня будет муж, настоящий! И это Флэй, лучший мужчина из всех, кого я когда-либо встречала и сомневаюсь, что встречу. О, боги, дайте мне сил быть достойной этого дикаря!

— Ты не обижаешься, что я отправил тебя с кружкой к матери? — спросил рысик, отвлекая меня от моего волнения.

— Так было нужно, иначе бы не послал, — улыбнулась я.

— Да, она должна видеть, что готова ухаживать за ее сыном и слушаться ее, как мать, тогда быстрей примет… — Флэй вдруг выругался, оборвав себя на полуслове.

— Я понимаю, что не нравлюсь ей, — немного грустно улыбнулась я. — Наверное, я многим здесь не нравлюсь. Они не обязаны любить пришлую.

— Меня раздражает это слово, — фыркнул мой мужчина. — Ты не пришлая, ты моя.

— Я женщина Флэйри, сына Годэла, — произнесла я на языке рысей, он обернулся и посмотрел на меня с улыбкой.

— Замечательная фраза, и сказала хорошо, — произнес рысик, чуть сильней сжимая мою ладонь. — Об этом помни, остальное достижимо, пусть не сразу, но у нас все получится. Они упрямы, но умеют признавать ошибки. В этом можешь мне верить.

— А в чем не могу? — усмехнулась я.

— Нет такого, — негромко рассмеялся Флэй.

Я даже не заметила, как мы дошли до края поселения, где стоял дом, немного в стороне от остальных. Эта был даже не дом, а землянка. Флэй подвел меня к этой землянке, оставил ненадолго и постучал в хлипкую, с виду, дверь. Я замерла, ощущая вернувшееся волнение. Рысик обернулся ко мне и ободряюще подмигнул, улыбнулась ему в ответ и преисполнилась решимости.

Дверь открылась, и из землянки вышел тот самый седой старец. Не смотря на возраст, этот старик окинул меня въедливым взглядом ярко-синих глаз, затем взглянул на Флэя и отрицательно качнул головой. Я сразу почувствовала, как напряглись плечи моего Рыся. Тон вдруг стал ледяным. Он несколько надменно взглянул на старца, и я расслышала:

— Почему?

— Пришлая, — ответил шаман.

— Моя! — ожесточенно произнес мой дикарь.

Затем снова что-то спросил, но Волгар вновь мотнул головой, отчего его белоснежные волосы взлетели облаком. Флэй, молча, кивнул, развернулся на каблуках таргарских сапог и подошел ко мне, снова беря за руку. Уже ничего не объясняя, он подошел к треноге, где горел огонь, поджег, лежавшую тут же головешку, и повел меня за землянку.

— Флэй… — начала я.

— Пращурам не нужен посредник, — только и ответил мой дикарь."

"За землянкой оказалась круглая площадка, очищенная от травы, листьев и камней. По краям возвышались деревянные столбы — идолы, изображавшие мужчин и женщин попарно. Посреди площадки стояла голова рыси с открытой пастью. Из какого металла она была сделана, я не поняла, но он был белым.