Искупление. Часть вторая

Он дернулся, кажется, выругался, но вновь двинулся к Таргарскому Дракону. В этот момент я поняла, что Найяр сознательно дает подойти моему Рысю ближе, чтобы сделать уже прицельный и последний выстрел. Стрела легла на тетиву.

— Найяр! — истерично выкрикнула я. Он обернулся, и я горько усмехнулась. — Гори в огне Преисподней, Найяр Грэим.

Раскинула руки, оттолкнулась и полетела в водяную пропасть…

Он смотрел, как маленькая женщина, в которой сосредоточилось все, что было в его душа: любовь, ненависть, желание и сжигающей огонь тоски — раскинула руки и исчезла из глаз. Сделала? Она это сделала? Она это, действительно, сделала? Найяр мотнул головой, неуверенно хохотнул и сделал шаг в сторону обрыва.

— Даиль! — рев за спиной вырвал из оцепенения.

Бывший герцог откинул лук, ставший вдруг ненужным, и бросился к обрыву, надеясь… К бесам, да, на чудо! Если есть боги, если только они есть…

— Сафи! — крик вырвался из груди, помчался вслед за исчезающим в волнах телом и растаял, так и не вернув ту, ради которой он все еще жил. — Сокровище мое… — прошептал он и тяжело осел на землю, судорожно пытаясь сделать хоть один глоток воздуха.

Рядом остановился Грэир. Его хриплое дыхание вынудило обернуться, но ни желания мстить, ни даже кинуть в лицо обвинения у Найяра не возникло. Ему вдруг стало безразлично все, что волновало еще пять минут назад. Месть, злость, ненависть — пустое. Все пустое и ненужное, потому что:

— Это конец, — прошептал Найяр, поднимаясь с колен. — Дышать больше не для кого.

И он побрел, не разбирая дороги, не глядя под ноги, покачиваясь и оступаясь.

— Ты все-таки добил ее, — Руэри Тиган окинул его презрительным взглядом.

— Я… я просто хотел… боги, — он вцепился в волосы и повалился на землю. — За что? Что я сделал не так? Почему?!"

"И он завыл, страшно, подобно раненному зверю, загнанному в ловушку, из которой уже нет выхода.

— Ты хочешь найти ответы? Я помогу их найти, — Неил опустился рядом.

— Сафи, — простонал мужчина, — Сафи…

Перед глазами пронеслась фея в голубом платье, опутанная солнечным светом, смущенная девушка на балу, чужая невеста в храме, затравленная лань в его опочивальне, ненавидящий взгляд матери, лишенной своего ребенка, бледная тень, глядящая на казнь своего мужа, отчаянно сражающаяся за свою свободу дикарка, несчастная женщина…

— Несчастная? — потрясенно спросил бывший герцог у брата.

— Он только понял, — усмехнулся Тиган.

— Но я любил…

— И убил, — отчеканил Руэри. — Чудовища не умеют любить.

Призрак обдал поверженного мужчину ледяным призрением и исчез. Остался Неил. Он ждал, пока его брат поднимет на него глаза.

— За все приходит расплата, брат, — произнес призрак. — Ты уже платишь по счетам…

— Даиль! — собственный грудной рев оглушил его.