Искупление 6

И после того, как он навестил свою сестру, я не хотела думать о том, что за этим последует.

Положив локти на его кровать, я продолжала смотреть, как он спит, и я продолжала плакать.

Его лицо было едва узнаваемо под марлей, скотчем и бинтами. Его левый глаз был скрыт за белой повязкой, в то время как переносица была заклеена. Синяк и припухлость вокруг его правого глаза были настолько обширными, что даже когда он бодрствовал, было трудно сказать.

Прикусив губу, я подавила рыдание и потянулась, чтобы убрать волосы с его лба, только чтобы показать еще больше синяков.

Каждый дюйм его кожи рассказывал историю жестокого обращения со стороны монстра.

Свежие рубцы на его спине, которые я обнаружила, помогая ему раздеться прошлой ночью, заставили все в моем животе подняться.

Никто не скрывал, что с ним случилось.

Ремень его отца оставил рубцы, глубоко врезавшиеся в его плоть.

Заставляя себя быть сильной ради него, я оставалась рядом с ним, не желая оставлять его дольше, чем потребовалось, чтобы взять чашку чая из торгового автомата. Мама звонила бесчисленное количество раз, умоляя меня прийти домой, принять душ и поесть чего-нибудь приличного, но я не могла этого сделать.

Я не могла оставить его.

Полиция Сиохана приходила и уходила, ожидая заявлений от моего парня, которые он был не в состоянии сделать. Социальные работники, офицер службы защиты жертв полиции, не говоря уже о многих других авторитетных фигурах, тоже появились.

Бабушка Мерфи каким-то образом умудрилась раздобыть мой номер телефона и звонила несколько раз, чтобы проведать своего правнука и передать сообщения Джоуи, но на этом все.

Она была единственной.

Ни разу с тех пор, как его отвезли на сортировку, я мельком не видела Мэри Линч.

Я поняла, что Шэннон была в плохом состоянии,их бабушка сказала мне, что у нее коллапс легкого, но Джоуи тоже пострадал, черт возьми.

У него был проломлен череп, черт возьми!

Было удивительно, что его мозг не превратился в полную кашу.

Доктор сказал это сам; это было чудом, что он все еще был здесь.

– Моллой.- Издав болезненный стон, Джоуи накрыл мою руку своей и приоткрыл единственный здоровый глаз. – Что я говорил тебе о плаче?

Шмыгнув носом, я выдавила улыбку и прошептала: – Привет, жеребец.

– Привет, королева.- Его голос был хриплым и надорванным. – Красивые ноги.

Я подавила рыдание. – А ты красивый везде.

– Я не плачу.- Я заставила себя улыбнуться ярче. – У тебя опять нос сломан.

– Хм.- Он хмыкнул на выдохе. – Что нового?

– Я думаю, это сексуально.- Шмыгая носом, я поднесла его руку к своему рту и поцеловала все его ободранные костяшки. – У тебя вид избитого плохого мальчика с ног до головы.

– Как там мой малыш?

– Все ещё не не родила.

– Как поживает моя вторая малышка?

– Я в порядке, Джо, - выдохнула я.