Красные искры света

 – Карл к тебе приставал?

Я снова пнула открывшего было рот Зарецкого, который явно хотел очернить несчастного Карла еще больше. И тот нехотя сказал:"

"– Я пошутила. Ха-ха. Просто мы с Карлом поругались. Отвратительный тип, надо сказать. И все время лез целоваться. Я его послала и напилась с горя. Но тут приехал мой отважный рыцарь, – насмешливо посмотрел Ярослав на меня. – И спас. То есть отвез домой.

– Все с вами ясно, голубки, – покачал головой Даниил. Кажется, он считал, что мы слегка «не алло».

Из квартиры он вышел первым – пора было ехать на какую-то фотосессию. Мы же выкатились из квартиры только спустя полчаса. Если я покорно надела то, в чем был Зарецкий вчера, то он устроил чуть ли не скандал. То кофта для него была слишком прозрачной, то юбка слишком короткой, то брюки слишком обтягивали.

Краситься он отказался категорически, заявив, что хватит с него расчесывания. И максимум, на что согласился, так это дезодорант. На духи, косметичку и небольшую шкатулку с украшениями, которых у меня было немного, Ярослав смотрел с презрительной опаской, совсем забыв, как вчера размахивал моими маникюрными ножницами.

В результате он выбрал джинсы, рубашку в клетку и кеды. А еще разрешил нацепить на руку мои часы – они показались Его Высочеству не слишком женскими. Пока мы собирались, зарядился его разряженный телефон (зарядное устройство пришлось позаимствовать у Дана). И когда мы уже выходили их квартиры, Ярослав замешкался, глядя в экран мобильника. Глаза его расширились от ужаса. Как оказалось, все утро ему звонили родственники, узнавшие, что парень не ночевал дома. Естественно, дозвониться до него они не могли, а потому, думаю, были крайне злы.

– Мне крышка, – убитым голосом сказал Ярослав. И тут, как назло, его телефон ожил – вновь стала звонить мать.

– На, – сунул мне в руку телефон парень. – Ответь ей. Скажи, что сейчас буду дома. И не спорь, умоляю! Отвечай! Что смотришь как баран на новые ворота?

Я покачала головой, но все-таки приняла звонок.

– Ярослав! Ты где?! – послышался взволнованный женский голос.

Я откашлялась и послушно ответила:

– Я скоро буду дома.

– Ты с ума сошел? – осведомилась сердито женщина, но в голосе ее звучало облегчение. – Ты где был всю ночь? Почему нам ничего не сказал?

– Уснул на дне рождении друга, – сказала я, несколько теряясь. Как разговаривать с матерями, я не очень понимала.

– Врать – некрасиво, – заявила женщина. – Ты меня ужасно разочаровал.

У Ярослава, который подслушивал разговор, прижавшись ухом к другой стороне телефона, вытянулось лицо. Кажется, такие разговоры ему не нравились.

– Мы ведь с тобой столько раз говорили о доверии, Ярик, – продолжала его мать. – Я столько раз тебя просила – если ты где-то задерживаешься или не приходишь ночевать, скажи мне.