Искры моей души

И опустился на меня, нежно прижавшись к губам и не дав возможности продолжить. Наши пальцы переплелись, и в сознании снова стало звонко и пусто. Кажется, я вполне не против продолжить, как и Росс, и он прав — оставлю все размышления на утро, когда в голове немного прояснится. Я охотно ответила, обняв его за шею и слегка выгнувшись, и колено Росса тут же раздвинуло мои ноги, а поцелуй перестал быть ласковым и томным.

— А… Он не обидится? — едва слышно спросила через некоторое время, с трудом переводя дыхание, и щеки заполыхали огнем — я не могла пока думать о братьях иначе, как о соперниках, ну вот не могла и все, даже после нашего откровенного разговора недавно."

"— Вот утром его и спросишь, — выдохнул Росс, и его пальцы медленно провели по моему лицу. — Но мне почему-то кажется, что не обидится, — в темноте снова блеснули его зубы, а мое сердце забилось чаще — рука Росса переместилась на грудь, и теперь пальцы мягко сжали твердый сосок, нежно перекатывая между подушечками. — И я не хочу, чтобы ты считала себя в чем-то виноватой, Кира, — совсем тихо произнес он, и мой рот снова запечатали горячим поцелуем.

Больше мы не разговаривали, не до слов уже было, и в общем к лучшему. В этот раз Росс не торопился, изучая мое тело и все его потаенные уголки. Мне оставалось только судорожно вздыхать и комкать простыню, выгибаясь навстречу и ловя звездочки. Кожа сделалась настолько чувствительной, что я вздрагивала от каждого прикосновения, легкого поцелуя. Эмоции обжигали яркими вспышками, и крайне сложно было удержаться от стонов, кусая губы и тихо всхлипывая от очередной ласки. А между тем, Росс уже добрался до самого низа живота, и его ладони мягко, настойчиво надавили на бедра, заставляя раздвинуть ноги…

Когда горячий рот накрыл чувствительное местечко, жарко пульсировавшее от желания, я не удержалась от тихого шипения, бесстыдно подавшись вперед и запрокинув голову. Откровенные, безумно нежные касания языка отзывались на натянутых нервах, мышцы сжимались, чутко реагируя, и я снова стремительно летела в пропасть наслаждения, забывая себя и растворяясь в острых, ярких ощущениях. Сдерживаться уже не осталось сил, и я всего на один сладкий миг зависла на самой грани, смакуя предвкушение, а потом, при очередном деликатном прикосновении захлебнулась в накрывшем волной наслаждении, глухо застонав. По телу разбежались молнии до самых кончиков пальцев, пульс зашкаливал, и на сей раз эйфория растекалась густым сиропом, заполняя каждую клеточку. Вот только отдышаться толком мне, конечно же, не дали.

Сильное тело прижало к кровати, и я снова почувствовала медленное вторжение, и лишь сильнее выгнулась навстречу.